Читаем Черные псы пустыни полностью

— Что у нас сегодня на завтрак? — обратился к повару Урук.

Повар подкинул финик, который мгновенно исчез в пасти пса.

— Припозднился ты нынче, господин Урук. Мало что уцелело. Солонины кусок да сушеные фиги. Почитай, больше почти и ничего.

— Ну, давай, что осталось. Мясо, фиги, финики…

Тумак потянулся за чистой миской.

— Кто все подъел? — поинтересовался Урук.

— Хозяин, господин Хамм. — Тумак полез в шкаф за инжиром. Мясо висело в мешке на крюке, вбитом в балку. — На заре отбыл, вместе с купцами. — Повар ткнул ножом в сторону двери. — Похоже, вернется нескоро.

— Воевать собрался?

— Ха! Какой же из него воин. В Ур он дернул, или на побережье. — Повар положил в миску финики и занялся мясом. Швырнул псу кусок сала, мгновенно последовавший за проглоченным фиником.

— Значит, бегут богачи?

— Похоже на то.

— А бедняки?

— Хозяин рассказывал, что Дно по-прежнему кишит народом. Еще шутил, что если нищим дать оружие и заставить воевать, то Кан-Пурам любого врага растопчет и в пыль разотрет.

Урук вспомнил стариков с козами.

— Видел я из окна пару бедняков. Похоже, они тоже рванули из города.

— Да, я тоже их заметил, — кивнул Тумак. — И куда они только направились? Мне показалось, что они Баал поклоняются. Если так, то в Ур их не пустят. А ты, господин? На север или на юг?

— Был я на юге. Ур мне пришелся не по нраву.

— Я бы ушел отсюда, если бы мог, — вздохнул Тумак, подавая миску Уруку. Повар выбирал лучшие куски, но все равно пища выглядела не слишком аппетитно.

— Думаешь, Кан-Пурам не выстоит? — Урук съел финик и отправил в рот кусок мяса. И то и другое не первой свежести. Потому-то хозяин их и оставил. — Говорят, если люди Молоха присоединятся к защитникам, то войско Кан-Пурама станет втрое больше нифилим.

— Говорят одно, на деле получается другое. Кто знает, что нас ждет…

— Да ладно, — махнул рукой Урук. — Не мой это город, не мой народ. — Он подхватил из миски еще пару фиников и сунул остатки еды под нос псу. — Не моя драка.

— У тебя здесь нет друзей?

Урук подумал о Джареде, вспомнил, как тот спас пса. Он уважал царя воров, ему нравился этот человек, но о дружбе пока говорить рано. Нет у него друзей! Мана не позволяет…

— Нет у меня друзей. Я не тот человек, который будет полезен другу в битве.

Тумак удивился.

— Я, конечно, ничего не понимаю в сражениях, но думается мне, что с мечом ты справишься, господин.

— С мечом справлюсь, это точно. Но есть у меня причины, чтобы не лезть в битву.

— У всех они есть, — согласно закивал головой повар.

Пес уже сожрал все содержимое миски и вылизывал посудину. Урук швырнул ему оставшиеся финики. Есть не хотелось.

— Ты даже не пойдешь посмотреть?

— Смотреть на сражение?

Вот ведь глупая затея! Во время Войны Трех Племен зрителей не было. Все, кто мог держать оружие, сражались.

— А я дочь возьму. Вот только ты позавтракаешь… К тому времени богатеи уже сгинут с улиц.

— Однажды я уж воевал, — сообщил Урук. — Давно это было.

— В Шинаре?

— Нет. Знаешь, что такое джунгли?

— Конечно. Деревья. Как в рощах к северу от города. Мы с женой там гуляли когда-то.

— Ничего похожего. Трудно даже вообразить такое. — Урук огляделся, как будто подыскивая подходящее сравнение. — Представь себе место, где каждый день идет дождь. Ливень! Где в пяти шагах ничего не видно, так густо растут деревья.

— Нет, господин, — наморщив лоб от тщетного умственного усилия, признал Тумак. — О таком я не слыхивал.

— Мы воевали с двумя племенами, которые возделывали землю. Сначала мирно жили, ладили. Мы их снабжали мясом, они нас… — Урук не смог вспомнить, как называется «батат» на общем языке Шинара. — Ну, они нам давали такие… как будто фиги, только большие, под землей растут.

— Под землей? — удивился Тумак. — В пещерах?

— Да неважно. — Урук не хотел отвлекаться от темы. — Чтобы выращивать эти плоды, нужно много открытой земли. Люди этих племен стали срубать деревья. Мы их уговаривали сажать растения между деревьев, но они не хотели… или не могли. Пути животных изменились. Мы их добром просили прекратить вырубку, но они…

— Вы победили?

— Трудно сказать. — Урук почесал пса за ухом. — Но деревья рубить перестали. Если это победа, то мы победили.

— Ты кого-нибудь убил?

— Все здесь, — сказал Урук.

Нума вгляделась в толпу земледельцев, стоявших напротив, через поле.

— Запах какой… — прошептала она.

Урук втянул носом воздух.

— Цветы.

— И трава… вянет от жары.

— Мы готовы, — прошептал Урук. — Давай сигнал…