Читаем Черные псы пустыни полностью

— Все вещи оставить здесь! — скомандовал Ячменное Зерно. — Пейте и ешьте вволю, дальше только оружие несем.

Приказ пить и есть исполнили охотно. Развязали мешки, поднесли ко ртам бурдюки. Ламех вытащил кусок вяленой козлятины, покосился на него и отбросил в сторону. Боль в животе утихла, но аппетит не пришел. Ячменное Зерно его понимал. Желудок за время пути не подвел его ни разу, но аппетита все равно не было.

После краткого отдыха отряд Ячменного Зерна двинулся дальше. Ни одного стона он не услышал. Люди не хотели тратить энергию на бесполезные звуки. Вставай и топай, береги себя для битвы.

Болезни не отставали от отряда Ячменного Зерна. Не меньше двух десятков человек пожаловались ему в этот день на потертости и сыпь. У одних просто стерлась кожа от дождя, пота и долгого марша, но некоторые страдали глубоко и серьезно. Многих выворачивал наизнанку кашель. Они отчаянно скребли грудь, раздирая кожу до крови.

Разные мысли лезли в голову. Отказаться от всего. Хватит. Пусть армия ищет победу без нас. Мы больны, мы истощены, мы валимся с ног от усталости. Но вера в справедливость гнала дальше. Даже больные и истощенные, они стремились к победе. Вернуться сейчас назад было бы настоящим предательством. Люди не падали, потому что им не давала упасть гордость. И пока они держались на ногах, Ячменное Зерно вел их. На что они будут способны, когда дойдут до Дагонора? Неважно, даже если никто из них не увидит солнца следующего дня. Боги требуют жертв, и эти воины готовы принести себя в жертву.

Они ковыляли еще полчаса. Вышли в овраг, который вел к подножию горы Дагон. Начали спуск. Тут Ячменное Зерно заметил на ветке тамариска кусок темно-синего шелка. Он замер. Такая ткань в этой глуши — все равно что голый дикарь на рыночной площади Кан-Пурама. Яшман протянул к тряпке руку — но тут кто-то рядом рухнул наземь. Меч, который воин по какой-то причине выхватил в последний миг своей жизни, упал в грязь.

Ячменное Зерно нагнулся и перевернул упавшего на спину. Пусть хоть лежит лицом к небу, раз ничем больше ему не помочь. Пульса нет. Задрав рубаху, Ячменное Зерно увидел уже знакомые язвы. Остальные люди столпились вокруг. Вдруг один из них вскрикнул.

— Что там такое? — проворчал Ячменное Зерно, ожидая, что еще кто-нибудь сейчас отдаст душу богам. Но тут он понял, в чем дело. И сам застонал.

Нифилимы.

Не менее шести дюжин белоголовых появилось из-за холма. Отряд Кан-Пурама замер. Только немногие обнажили мечи, остальные вообще не шевелились, а иные в отчаянии рухнули на колени. Бой был проигран еще до его начала.

Ячменное Зерно заорал, призывая к сопротивлению. Да что пользы! Нифилимы неслись на его людей с обнаженными мечами, а эти остолопы сбились в кучу, как стадо коз перед волками.

Из почти сотни человек лишь один вступил в схватку. Сам Ячменное Зерно. Он даже умудрился убить двоих. Раскроил череп одного до самого подбородка. Сокрушил ребра другого. Оба умерли мгновенно. Он убил бы и третьего, но топор застрял меж ребер второй жертвы. Пока вытягивал…

Белоголовый, подбежавший со стороны поврежденного глаза, сбил его с ног. Ячменное Зерно отбивался ногами, даже кусался, все пытаясь высвободить топор, но тщетно.

В последний момент перед Ячменным Зерном промелькнула надменная физиономия командира. Их взгляды встретились, Ячменное Зерно плюнул, но не попал. Нифилим ухмыльнулся. «Кое-кого я все же с собой захватил, — подумал Ячменное Зерно. — Кое-кого прихватил я, клянусь Молохом».

Кишар мощным ударом выбил сознание из лысой головы Ячменного Зерна.

— Ну, и куда мы попали? — спросил Джаред.

Коридор вывел их в прямоугольное помещение, вдоль стен которого как раз и разместилась вся группа. В каждой из стен было по проходу. Судя по истертому полу, народу здесь перебывало немало. Следы вели к правому и левому проемам, и только один, в противоположной стене, оставался пыльным и заброшенным.

— Перекресток, — вздохнула Ада.

— Отсюда, видимо, можно пройти в главную пещеру, — указал Урук на левую дыру, расположенную перпендикулярно к пути, по которому они сюда попали. — А это отверстие, возможно, ведет в Черную пещеру, — указал он на правую. — А это что за лаз? Ада, что скажешь? — Он вопросительно уставился на пыльный, заросший паутиной проем.

— Ну, я ведь здесь никогда не была, — протянула девушка.

— А ведь они за нами рванут, — покосился Джаред на тоннель, по которому они пришли.

— Вряд ли, — Урук показал на левый проем. — Они бы здесь пошли. Наш коридор слишком узкий.

— Что теперь? — спросил Джаред.

— Надо кому-нибудь посмотреть, что они собираются делать, — предложила Ада. — Проверить, куда пойдут.

Урук кивнул. Ада быстро усваивает уроки. Хороший будет охотник.

— Я схожу, пожалуй, — закивал Джаред.

— И эти проходы нужно разведать, — продолжила Ада. — Может, найдем обходной путь.

— Я здесь посмотрю, — кивнул Урук на тоннель к Черной пещере.

— Тогда я сюда, — Ада указала на последний коридор. Урук заметил, что руки у нее дрожат. Может быть, она вспомнила свою недавнюю разведку. Ушибы заживут, но память не исцелится.

— Нет, ты оставайся здесь, с ними.

— Но…