Кемден нарушил указание сэра Роберта и дал Ольге возможность пообщаться с детьми намного дольше, чем предполагалось. Но он внимательно следил за тем, что говорят девочки, и пресекал любую попытку Ольги узнать, в каком месте они живут. Ему приятно было видеть, с какой нежностью Ольга относится к дочерям. Снова возник в голове вопрос: почему эта женщина любит детей, не являющихся ей родными? Он спрашивал себя, что заставляет ее быть такой самоотверженной и преданной. Ведь ради них она пошла на преступление. Она убила, чтобы они были счастливы, она занимается тем, что ей претит, только для того, чтобы обеспечить их благополучие. Оценят ли они когда-нибудь эти жертвы? Возможно, и к счастью, эти прелестные малышки никогда не узнают о том, что предприняла их мать ради их счастливого детства.

– Нам пора, – сказал Кемден.

Ольга умоляюще на него посмотрела, но, поняв, что он не поддастся уговорам продлить встречу, кивнула. Глаза ее заблестели от слез.

– Мама, можно мы сегодня переночуем дома?

– Сейчас мы едем к дедушке, – сказал Кемден. – И вы решите с ним, когда в следующий раз встретитесь с мамой.

София дотронулась до его плеча.

– Но мы хотим домой. Мы хотим жить с мамой.

Он взял в руку теплую ладошку и улыбнулся.

– Я знаю, но мама сама попросила дедушку о том, чтобы вы некоторое время пожили у него.

– Это ненадолго, – подтвердила Ольга и вытерла мокрые от слез щеки. – Я сейчас очень занята, и у меня... – она замолчала, язык не повернулся сказать дочерям, что у нее для них нет времени.

Кемден поднялся и взял Викторию за руку. Ольга встала следом. Они молча дошли до машины. Ольга поцеловала девочек и помогла им сесть на заднее сиденье.

– Мы скоро увидимся. – Она попыталась придать голосу бодрость, закрыла дверцу машины и преградила дорогу Кемдену.

– Кто такой сэр Роберт? И почему мои дочери называют его дедушкой?

– Вам не следует этого знать.

– Вы – жалкий прихвостень, – прошипела Ольга. – Неужели вы не понимаете, как я страдаю?

– Встретимся в «Астрей» завтра, там и поговорим. Не стоит разыгрывать здесь трагедию. На вас уже смотрят дочери, да и люди оборачиваются.

– Плевать мне на людей и на то, что они подумают.

– Вы ошибаетесь. Вам не все равно. – Кемден взял ее за руку и поцеловал. – До свидания, баронесса.

ГЛАВА 28

Раз за разом Гесс прокручивал место на диске, где Ольга де Койн стреляет в Роуза. Медленно, по кадрам он смотрел, как она приставляет пистолет к подушке, с гневом отмечая, что рука ее не дрожит. Он наблюдал за тем, как Ольга одевается, как уходит, даже не обернувшись на труп. Гесс считал, что убийца должен насладиться результатом своей работы. Он наверняка бы убрал подушку с лица Марвина, чтобы с удовольствием обнаружить в его лице дыру от пули и удостовериться, что он больше никогда не откроет глаз. Но Ольга просто ушла. Испугалась. Гесс усмехнулся. К смерти нужно проявлять почтение, особенно если сам вызываешь ее. Перед ней нужно преклонять колени в знак уважения, а не показывать спину в трусливом бегстве. Ольга проявила неучтивость к госпоже смерти. Впрочем, такой женщине, как баронесса, было неведомо, что такое почтительность. Гесс выключил монитор и потянулся к сигаретам.

– Сука, – процедил он сквозь зубы.

Он помнил каждую минуту, которую провел в обществе Ольги. Он ненавидел то время, когда вынужден быть рядом с ней. Его раздражал тембр ее голоса и губы, произносящие пренебрежительные слова. Ее взгляд, обращенный в его сторону, приводил в бешенство. Гесс хотел схватить Ольгу за шею и задушить, чтобы она закрыла глаза, в которых читалось презрение к нему.

В дверь постучали. Гесс выдохнул дым и бросил ненавидящий взгляд на вошедшего. Охранник сжался в страхе, увидев лицо хозяина.

– Мистер Гесс. – Он опустил глаза и сглотнул. – Приехали леди.

– Какие они, к чертовой матери, леди?! – взревел Гесс. – Нужно называть вещи своими именами.

Парень молчал. Он уже справился с волнением, спокойно посмотрел Гессу в глаза и сказал:

– Я провел девушек в гостевую комнату и позаботился о том, чтобы туда принесли напитки.

Гесс погладил лысину рукой, кивком приказал парню удалиться и вспомнил Ольгу, держащую в руке пистолет. Как никогда он боялся за свое будущее. Гесс чувствовал, что его королевство разрушается, но ничего не мог сделать, чтобы остановить этот процесс. Ему казалось, что сэр Роберт хочет отказаться от его услуг. Он боялся этого, ведь работа в агентстве заменила ему семью, личную жизнь, заполнила собой все его время. Он посвящал этой деятельности каждую минуту, забыв о том, что остальные люди живут иначе. Они радуются и веселятся, рожают детей, провожают их в школу. Их жизнь имеет совсем другой смысл. Но Гесса полностью устраивала его жизнь. Он хотел пребывать только в том мире, который сам построил и который в данный момент грозил разрушиться.