Девушки бежали к дверям из последних сил. Конечно же, их пропажу обнаружили. Убежать, такой толпе не замечено – не возможно.

Оливия захлопнула за собой дверь. Топот тяжелых мужских сапог разносился за железной перегородкой.

– Дайте чем-нибудь подпереть!.. – запыхавшись, прокричала Оливия и припала к стене всем телом.

Быстро же их нагнали.

Оливии протянули доску, и девушки пыхтя заложили её между ручек. В ту же секунду дверь дрогнула от мощного толчка, но не открылась. Их ненадежный «засов» еле выдержал. Кто-то из девушек вскрикнул в испуге.

– Это конец, – обессилено протянула одна из них и припала к стене. Она одна из первых «похищенных» и дольше всех просидела в этом жутком подвале, её тело так истощилось за время заточения… а глаза утратили свет и жажду жизни. Девушка обхватила плечи изодранного платья, руками силясь унять дрожь во всем теле.

Оливия бросилась к входной двери. Та оказалась закрыта: тяжёлая доска лежала меж ручек.

– Помогите мне! – прикрикнула она на девчонок и попыталась вытащить перекладину.

Девушки поспешили на помощь. Начали дружно толкать.

Без толку.

Послышался новый удар в дверь, будто удар грома. Вот-вот их укрепление падет, и в комнату ворвутся рассвирепевшие бандиты.

Ногти обломались, пальцы стёрлись в кровь и саднили от заноз. Доска едва двигалась под потугами ослабевших от голода девчонок.

Оглушительный удар прервал их; точно тараном дверь снесло с петель. Разъярённые мужчины прорвались внутрь. Оливия задрожала всем телом, скудные слезы одна за другой покатились по щекам. Она ослабшими руками начала бить по двери и звать на помощь.

Кого-то из девушек схватили. Из последних сил они пытались вырываться.

Отчаяние охватило Оливию, когда лапа бородатого бандита потянулась к ней. Она завизжала, мысленно приготовившись к смерти.

Громкий удар заставил всех замереть. Дверь вышибли пинком. Щепки от доски разлетелись во все стороны. Бородач закричал, влетая в своих сообщников. Сероволосый юноша в черном сюртуке перехватил ручку топора поудобнее.

– Бегите! – рявкнул он, и девушки синхронно с визгом и воплями понеслись прочь из сарая. Взгляд «спасителя2 беспорядочно метался по сторонам, он кого-то искал.

Оливия трясущимися пальцами вцепилась в парня, как в последнюю надежду.

– Там… там ещё одна!.. – всхлипывая, бессмысленно выкрикивала она. – Девушка!.. она – приманка! Склад. Склад! Спасите её!

Он грозно нахмурился, кивнул, подтолкнув Оливию к выходу.

– Вот же дура, – процедил он и, сжав в руках топор, ринулся вперёд.

***

Мужик взревел, как разъярённый буйвол. Схватил воткнутый в стол нож.

Удар. Руку прострелило током отдачи: нож гулко вонзился в стол, и вибрация отдалась по всему телу.

Лилит ловко, словно змея, скользнула со стола, и запрыгнула на спину бандита. Обхватила бычью шею верёвкой со своих рук и начала душить.

Он вскочил и, как безумный в агонии, стал размахивать ножом во все стороны. Лампочка разбилась. Свет схлопнулся, стало темно, как в могиле, и лишь щёлочка света пробивалась из приоткрытой двери склада.

Лилит выпустила веревки и повалилась на кафель. Пальцы коснулись чего-то холодного и склизкого.

Женская кисть.

Лилит передёрнуло, и она в ужасе отпрянула.

Мужчина, тяжело дыша, сжал в кулаке нож и кинулся к ней. Лилит заледенела от ужаса.

Он занёс оружие над головой. Острое лезвие прощально сверкнуло в темноте.

Мужчина издал истошный вопль, размахнулся и!.. нож со звоном ударился о плитку. Брызнула кровь, обагрив лицо Лилит.

Харю бандита перекосило в уродливой гримасе, скрюченные пальцы потянулись ней. Он рухнул на колени и упал в кровавое месиво.

Лилит широко запахнутыми глазами уставилась на ручку топора, торчавшего из его спины. В ужасе она перевела взгляд на новоприбывшего. С серых волос стекали алые капли, лицо также все в крови, а глаза! казалось, они горели в темноте диким, холодным пламенем. Это напомнило их перепалку в церкви. Тогда Дай точно также посмотрел на неё после «пощёчины» кулаком.

Лилит вздрогнула, когда он небрежным жестом смахнул с губ кровь и протянул ей руку.

Ⅵ

Снаружи уже ожидала полиция. Констебли оцепили особняк и теперь допрашивали потерпевших, оказывали первую помощь, крутили бандитов в автозак.

Оливию пытались расспросить о чем-то, но она только в ужасе глядела на особняк, не в силах вымолвить и слова.

Дай подошёл к констеблям, что-то сказал, показал удостоверение, махнул на сарай.

Лилит ничего не слышала. Она стояла, словно в трансе, глупо таращась на свои окровавленные ладони (перчатки она сняла, сразу выйдя наружу).

Дай нетерпеливо подошел к ней, дождавшись, пока констебли скроются в сарае.

– Почему ты не защищалась? – он едва сдерживался от крика. – Тебя же могли убить!

Лилит бессмысленно смотрела в пол.

Дай взбесился.

– У тебя же был нож! – гневно зашептал он, окидывая взглядом ближайших полицейских.

Девчонка широко распахнула глаза, во взгляде ясно читалось: «Откуда ты знаешь?».

– Я знаю, что ты хранишь его в сапоге.

Уж ему не привыкать подмечать такие штучки.