Читаем Черное солнце полностью

Но ваххабизм возродился в начале XX века. И возродил его Ибн-Сауд. Он организовал ваххабитов в так называемые отряды «Ихван», что означает «братство». И вновь возобновились кровавые походы, напоминающие одновременно и большевизм, и фашизм. Опять начались бандитские набеги. Ибн-Сауду удалось свергнуть короля Хиджаз Хусейна и захватить почти весь Аравийский полуостров. Он разорил святые для мусульман места — Мекку и Медину, снес исторические памятники, сжег библиотеки, сровнял с землей кладбища и уничтожил дом самого Мухаммеда. В 1932 году он основал династию и провозгласил новое государство — пожалуй, первое в истории, которое правитель назвал собственным именем, Саудовскую Аравию. Так фанатики создали целое государство. И возможно, основанное на крови, оно бы долго не продержалось, если бы не открытие огромных месторождений нефти. Божья кара, если таковая предусматривалась, пока была отложена на неопределенный срок.

Мусульмане Северного Кавказа принадлежат суфийским орденам — таррикатам. Поэтому, когда в Чечню попали ваххабиты, они не были приняты чеченцами, потому что оскорбляли их правила.

Кот Трофим прыгнул Павлу на колени и замурлыкал. Пора пить чай, подумал Павел, и пора кормить кота. Хозяин знал, что его животное никогда не ласкается просто так, от большой любви. Если он трется головой, мурлычит и смотрит в глаза, значит, хочет есть. Как только он поест, равнодушный, уйдет по своим делам. А дел у Трофима в квартире было немало. Например, поймать муху или моль, достать из-под дивана закатившийся туда грецкий орех и долго катать его по комнате, поточить когти о тот же диван (Павел давно собирался купить Трофиму когтеточку). Ну и, конечно, нужно было посмотреть в окно на пролетающих птиц, посидеть перед аквариумом, грустно глядя на недостижимую (Трофим это знал очень хорошо) добычу. Стоило только Трошке опустить в аквариум лапу, как тут же появлялся хозяин и, если ловил кота, больно бил его. Поэтому Трофим смирился с тем, что красивых плавающих рыбок он никогда не достанет, и удовлетворялся тем, что подолгу просиживал перед аквариумом, как его хозяин перед компьютером, наблюдая за перемещением разноцветной маленькой живности.

Павел выключил компьютер, решив, что в следующий раз начнет с женского фанатизма, эта тема сейчас была ему интереснее всего. А пока надо отдохнуть. Впереди сеанс с Олигархом, и это тяжелый труд, гораздо тяжелее, чем писать работу о фанатизме. Сеансы с Сергеем Кудрявцевым еще раз подтверждали старую истину, что деньги просто так не платят. Пока психолог и его клиент находились в стадии самораскрытия Кудрявцева. Бизнесмен рассказывал о себе, о своей работе, о депрессии, которая, на его взгляд, возникла совершенно неожиданно, неоправданно, беспричинно. Она, по мнению Сергея, была какой-то мистической, потому что не имела никаких корней.

Павел не старался переубедить его. Зачем? Он всегда считал, что надо подвести клиента к тому, чтобы он сам понял, насколько он заблуждается, и чтобы в процессе своей долгой исповеди сам наткнулся на причины депрессии. Если он, конечно, человек неглупый. Но успешный бизнесмен не может быть лишен интеллекта, и Павел знал, что рано или поздно Кудрявцев сам вплотную подойдет к осознанию причин своей депрессии. И тогда задача психолога будет состоять в том, чтобы окончательно открыть клиенту глаза на эти причины и заставить захотеть от них избавиться.

Депрессию Сергея Кудрявцева Павел не рассматривал как что-то неожиданное, не имеющее корней, и тем более мистическое. Он сталкивался с подобным явлением не раз. Богатые тоже плачут — так он называл эту депрессию. Сторонник экзистенциального подхода в психологии, то есть психологии, рассматривающей проблемы человека через призму смысла жизни, Павел, когда увидел бизнесмена, сразу понял, с чем ему придется работать.