Читаем Черная аура полностью

— Диалектика. Логическая теория против хорошо известного «интуитивного предчувствия». Спорить о фактах бессмысленно, поэтому идет борьба интерпретаций.

— У них там, кажется, борьба в буквальном смысле.

Расследование не шло, как предполагал Хакель, к какому-то неизбежному результату; оно стояло на месте и буксовало. Детективы Тол и Блессинг уже были сыты по горло этим делом и друг другом.

Когда старший инспектор Гейлорд выскочил из машины, он застал их катающимися по земле. Там было всё: от осеняющих тычков локтями и интеллектуальных ударов коленями до исключительно гениальных идей в виде удушающих захватов и попыток выдавить глаза.

— О Господи. Принесите мне записные книжки этих идиотов и отправьте их по домам, — быстро распорядился он, разворачиваясь ястребоподобным профилем в другую сторону. — Чем, черт возьми, вы тут занимаетесь? И кто-нибудь объяснит мне, зачем этот человек измеряет дерево?

Он прошел в дом и направился к комнате для сеансов.

— Обычное расследование убийства. Тот факт, что в него вовлечены поп-звезда и его друзья-шизики, еще не говорит, что мы должны... Так, где показания? Здесь лежали показания, которые Гордон оставил для меня? Кто их взял?

Он вошел в гостиную, чтобы взглянуть на свидетелей, собранных в одном месте.

— Типичный хиппи-переросток, — пробормотал он, сурово разглядывая профессора Хакеля. — Это многое объясняет.

Вернувшись в комнату для сеансов, он занялся записными книжками драчунов. Детектив-сержант Тол подозревал хитроумный трюк, который дал осечку, трюк с веревками или зеркалами. Он и другие обыскали помещения, забрались на крышу, но не нашли ни одного зеркала, которое не было бы намертво установлено в мебели или прикручено к стене, не нашли даже фута веревки. Были обнаружены клубок вязальной шерсти (кабинет) и — многозначительно заканчивал он свои заметки — стопки «литературы», перевязанные бечевкой (подвал):

«К сведению: в подвале есть дубликатор и стопки брошюр. Информация (возможно) для 00. Предположительно, Комм. Фронт». 00 — это, конечно, особый отдел. Тол надеялся, что они накрыли подпольную типографию, где регулярно выпускали такие революционно-подрывные брошюры как «Что такое эктоплазма?» и «Аурический огонь».

Блессинг сразу же предположил, что имела место подлинная левитация. В своей неряшливой стенограмме по системе «спидрайтинг» он утверждал, что наблюдались вещи, не вполне объяснимые с точки зрения классической науки...

Затем шли показания. Все присутствующие в лекционном зале, кто четко различал Стива Сонди в окно, были единодушны: певец парил в воздухе в десяти футах от балкона, освещая свое лицо карманным фонариком. Кто-то наблюдал призрачную ауру вокруг его головы и плеч, кто-то — крылатых тварей со злобными лицами, а пожилой мистер Крбзски клялся, что видел красный магнитный луч, который тянулся от Стива к летающему серебряному диску...

Снаружи никто ничего не видел. Мисс Нэнси Мичи после обеда отправилась на прогулку. Мисс Эрнестина Джонсон и преподобный Артур Стоунхаус были наверху, в кабинете, где Тол обнаружил клубок вязальной шерсти.

Вещественные доказательства, то есть улики, свидетельствовали о том, что Стив Сонди открыл французское окно в маленькой треугольной комнате, вышел на балкон и ухватился за перила. Вполне возможно, что он перелез через них и встал на узкий (четырехдюймовый) выступ.

Но что потом? Могло ли зеркало отразить его в окне лекционного зала? Мог ли он раскачиваться на веревке, замирая на две-три минуты в конце своего раскачивания? Скользил ли он по проволоке, шел ли по натянутому канату? Где же тогда зеркало, веревка или проволока?

Хорошо, это была веревка, и ее сожгли в камине кабинета.

— Приведите мне мисс Эрнестину Джонсон, — попросил Гейлорд констебля в дверях.

Как только полная молодая женщина уселась перед ним, он сказал:

— Мисс Джонсон, я хотел бы побыстрее разобраться с этим делом. И вы могли бы оказать нам помощь; от вас требуется только признать, что эти ваши показания — сплошная ложь.

— Я... Я...

— Не надо. Не надо усложнять. Просто позвольте мне рассказать вам, как все было. Вы разработали план этой маленькой игры вместе с мистером Сонди. Вы спустили веревку из окна кабинета наверху, — того окна, расположенного прямо над балконом, где он стоял, — и он качнулся на этой веревке к соседнему балкону. Там, сразу за перилами, он встал и осветил фонариком лицо. При недостаточном свете складывалось впечатление, что он находится несколько дальше и висит в воздухе. Когда он собрался качнуться назад, что-то пошло не так. Либо он ослабил хватку и упал, либо вы позволили ему упасть. А теперь сэкономьте нам час работы, рассказав всю правду.

По ее реакции он понял, что действовал неправильно. Пока он говорил, ее робость исчезла, и теперь она спокойно смотрела на него.

— Старший инспектор, какую правду я должна вам рассказать? Я ничего не знаю — вот и вся правда.