Читаем Черити полностью

Еще до того, как очнуться, Гартман уже знал, что связан. Он инстинктивно попытался встать на колени, но руки оказались с такой чудовищной силой заломлены назад, что острая пронзительная боль окончательно привела его в чувство, и он открыл глаза.

Взгляд Гартмана сразу уперся в щетинистое блестящее черное лицо морона, находившегося от него на расстоянии вытянутой руки. Мощные челюсти муравья были раздвинуты, словно собирались в следующий момент схватить голову Гартмана и раздробить ее, а в больших граненых глазах сверкало кольцеобразное отражение осветительных ламп. Гартман даже различил многочисленные усики вокруг рта и длинные щупальца на голове насекомого. Еще никогда ему не приходилось наблюдать муравья с такого расстояния.

Гартман напрягся, пытаясь перевернуться на бок, но оковы не поддались ни на сантиметр. Через несколько секунд он сдался и теперь смиренно ожидал смертельного укуса. Однако ничего не произошло. Морон по-прежнему оставался неподвижным, словно статуя. Лишь слабое дыхание, касавшееся лица Гартмана, свидетельствовало о том, что воин еще жив.

Гартман сделал глубокий вдох, но как только легкие наполнились воздухом, его грудную клетку пронзила острая боль. Ему показалось, будто его тело одеревенело. Каждый мускул, казалось, парализовало. Несмотря на то, что в условиях низкой гравитации не ощущалась сила тяжести, ноги Гартмана предательски дрожали и создавалось впечатление, будто даже слабое напряжение может вызвать судороги. Он осторожно развернул плечи и выпрямил спину, которую в ту же секунду словно опалило огнем. Гартман чувствовал себя так, точно его тело разваливалось на части.

«Щедрый подарок Кайла», — угрюмо подумал он, вспомнив предупреждение джереда о неприятных ощущениях после прохождения силового толчка. Гартману казалось, что в припадке бешенства он избил не морона, а самого себя, словно каждый наносимый им удар возвращался обратно. Так сказать, компенсирующая справедливость.

Гартман покачал головой, стараясь забыть о боли, и пристально посмотрел на морона, который не двигался с тех самых пор, как он очнулся. При слабом освещении Гартман сумел различить на своих руках и ногах какие-то толстые кольца. Он сделал попытку напрячь правую руку, однако с таким же успехом можно было бы попробовать поднять танк. Да, судя по всему, в теперешнем состоянии ему вряд ли удалось бы удержаться на ногах.

По всей видимости, его доставили в небольшое складское помещение. На дверях за спиной морона Гартман различил указатели, явно оставленные людьми, и знаки-коды военного сооружения. Освещение представляло собой жалкие остатки осветительных трубок, о которых никто не заботился вот уже около шестидесяти лет. Гартман спросил себя, сколько еще существует таких мест, в которых свет не отключался с самого момента вторжения.

— Я рад, что мне не нужно оплачивать счета за свет, — вслух сказал он, и его слова, казалось, еще долго звучали в тишине помещения.

«Такова моя психология», — угрюмо подумал Гартман, не сводя с воина глаз. Со стороны морона не последовало никакой реакции. Спустя некоторое время Гартман продолжил свои наблюдения и увидел слева и справа от себя поднимавшиеся метра на три вверх, до самого потолка, полки, на которых ровными рядами лежали сотни сосудов, банок, пакетов. Очевидно, не один десяток солдат отбывал здесь долгие часы штрафной службы, сортируя материал, освобождая его от пыли и проводя инвентаризацию. В армии существовала давняя традиция по изобретению столь полезных видов деятельности. Гартман и сам провел немало времени, выполняя подобные дисциплинарные задачи.

Напряженно вглядываясь в темноту, он пытался разобрать надписи. Впрочем, судя по очертаниям, на полках находились предметы вооружения. Гартман сразу узнал длинные упаковки боеприпасов и плоские ящики, в которых обычно хранили магазины для автоматического оружия, блоки батарей для лазерных лучей, цилиндрические емкости для ручных гранат и ящики со взрывчатыми веществами.

— Боже праведный! — невольно вырвался у Гартмана испуганный вопль.

Посмотрев в другую сторону, он увидел еще большее количество боеприпасов: дымовые гранаты, емкости для огнеметов, снаряды для автоматических пушек, взрывные капсулы. Благодаря уцелевшему освещению первой полки, Гартман сумел разглядеть следующую. Ему показалось, что он находится в центре огромной бомбы размерами с жилой дом, вокруг которой весь остальной мир ведет войну.

Устало повернув голову, Гартман различил какие-то очертания, отдаленно напоминающие человека. «Еще один воин», — решил он, но потом понял, что перед ним действительно человек, облаченный в остатки обгоревшей одежды.

«Нэт!» — обрадовался было Гартман, но тут же смутился пылкости собственных чувств. Преодолевая боль, он повернулся и увидел угловатый, с ногами-ходулями силуэт другого воина, чьи конечности обвивали руки и ноги пленника. Внезапно Гартман догадался, что позади него тоже стоит морон, а черные кольца на руках и ногах — крепко сплетенные пальцы воина.

— Нэт, — нерешительно позвал Гартман.