Читаем Через семь гробов полностью

  Ну да, правильно. Старшие - Фёдор и Ольга. Соответственно, Анна Дмитриевна, жена Фёдора, их дети - Надя, Миша, Юра и Алёна; ольгин муж Владимир Алексеевич, плюс дети - Коля, Федя и Настя. Младшие - Андрюха и Наташка. Андрей не женат еще, как и сам Роман, а вот к Наташке приписан муж Евгений Павлович и двое детей - близнецы Володя и Галя. Что особенно впечатлило Романа в проделанной Хайди работе, так это строгая возрастная иерархия списка - сначала старший брат с женой, их дети по старшинству, затем старшая сестра с мужем и их дети по старшинству, затем младший брат, младшая сестра с мужем и отметка 'близнецы' напротив их детей. В принципе все логично и правильно, но почему-то Корнев был уверен, что любой русский человек составил бы такой список как-то иначе. А скорее всего, не составлял бы его вообще. Или постарался бы запомнить, или понадеялся, что если что-то и забудет, то вспомнит (или узнает заново) в ходе дальнейшего общения.

  Время, пусть медленно и неспешно, но шло к вечеру. Известие о том, что Хайди пойдет в церковь вместе со всеми, восприняли как нечто само собой разумеющееся. Что ж ее, одну оставят, как будто бросят? Теоретически можно было бы, конечно, попросить Хайди посидеть с наташкиными близнецами, пока все в церкви, но не загружать же гостью семейными делами, пока она еще не член семьи! Да и потом, что, дети наташкины не русские, что ли, дома оставлять их в пасхальную ночь? Ну, подумаешь, маленькие, по полтора годика всего, нас много, будет кому их на руках держать. И раз уж Ромкина гостья сама вызвалась, то ли из любопытства, то ли чтобы хозяев уважить, кто же ей запрещать-то будет? В Райхе своем она уж точно такого не увидит!

  Пасхальная служба в Михайло-Архангельском соборе, как и всегда это было на памяти Корнева, прошла удивительно празднично и торжественно. Сдержанная полунощница (2) с ее атмосферой ожидания истинного праздника праздников тихо подошла к концу и вдруг благовест колоколов возвещает о Воскресении Христовом, и пошел крестный ход под ликующий колокольный трезвон, и многократно возносится под купол храма радостный тропарь 'Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав', и вдохновенно обмениваются радостью священство и прихожане: 'Христос Воскресе! Воистину Воскресе!'. Радость, искренняя светлая радость, объединяющая не только всех присутствующих в соборе, но и всех вообще - и тех, кто на другом конце города молится в Крестовоздвиженском соборе, и тех, кто в храме Николая Угодника на Тюленевом Мысу, и всех на Александрии, и всех-всех-всех во всей России. Христос Воскресе!

  (2) Полунощница - богослужение в пасхальную ночь незадолго до полуночи.

  Хайди, поначалу тихо и осторожно косившая глазами по сторонам, на удивление быстро освоилась и искренне радовалась вместе со всеми. Да, время от времени ей приходилось держать на руках кого-то из самых младших - Володю или Галю, но не одной же, все Корневы по очереди в этом поучаствовали. А когда руки Хайди не были заняты живой ношей, она и крестилась вместе с окружающими, и держала свечу, и время от времени поправляла непривычный для себя платок на голове.

  А потом был праздничный стол. Нет, конечно, поспали, вернувшись со службы, и проснулись отнюдь не рано утром. А проснувшись, умывшись, приодевшись, сели за стол. Начали, как водится, с красных яиц, а потом постепенно на столе появлялись все новые и новые блюда, которые (все!) нужно было хотя бы попробовать, новые и новые напитки, и вовсе не пьянства ради, а для поддержания праздничного настроения, создания атмосферы настоящего семейного пиршества.

  Роман блаженствовал. И причиной тому были не только всевозможные вкусности и приносящие радость напитки. Просто он был дома, вокруг сидели самые родные люди, и можно было совершенно не думать о работе. Ну вот, подумал... Опять полезли в голову размышления о том, куда он полетит, когда отвезет домой Хайди. Но все же радостная и веселая атмосфера праздничного застолья помогла Корневу справиться с этими совершенно неуместными сейчас мыслями. Работа все равно никуда не уйдет. Все они, здесь присутствующие, ну за исключением детей и Хайди, понятно, работают, себе и людям пользу приносят.

  Вот, пожалуйста, отец. Всегда деду помогал на молочном заводе, сейчас, когда дед на отдых ушел, ведет дело сам. Уже при отце 'корневское' масло вошло в список 'Сто лучших товаров Александрии', держалось в нем второй год подряд, и останавливаться на этом глава семьи не собирался. Мама всегда вела домашнее хозяйство. Кто скажет, что это не работа? Да еще с таким-то домом и таким многочисленным семейством! Даже сейчас большой дом не пустовал - в нем постоянно живет старший брат со своей семьей, младший тоже, ну он один пока. Сестры маму не забывают, приезжают с детьми, а то и с мужьями, и не только на праздники.