Читаем Черепашья луна полностью

— Это, знаете ли, я увидела вашего мальчика, — говорит Джейни. — Вообще-то я его не виню, что он сбежал от всех своих неприятностей, хотя, по-моему, зря он взял девочку, правда? Да не волнуйтесь, я не рассказала матери про ребенка, так что она ничего не знает. Я сказала про нее только Джулиану.

Люси отодвигает чашку. Она чувствует, что краснеет.

— Вот оно что, — говорит Джейни.

Она улыбается, но улыбка ее напоминает кошачью — не знаешь, то ли есть она, то ли нет.

— Что вы этим хотите сказать? — спрашивает Люси.

— То, что и сказала, — кивает Джейни. — Когда-то я была на вашем месте. Теперь, значит, вы.

Люси убирает со стойки руки. Она чувствует, как на запястьях пульсируют жилки.

— Я не знаю, что вы подумали, но вы ошибаетесь.

— Надо же, — говорит Джейни. — Ничего я не ошибаюсь. Я думала, вы тут в обморок упадете, когда я назвала его имя. Мало кто поймет вас так, как я. — Люси в ответ хлопает глазами, и Джейни нетерпеливо встряхивает головой: — Я о том, как к нему тянет. Не устоять.

Джейни не уверена на сто процентов, что угадала, пока не видит реакцию Люси: та смотрит до того виновато, что можно подумать, будто это преступление. На минуту Джейни становится стыдно за то, что она поставила Люси в неловкое положение. Ревность незнакома Джейни, как-то не довелось ей ревновать. Да и Джулиан ей больше не нужен. Она просто вспомнила, что было раньше. До того вспомнила, что горло перехватывает.

— Знаете, что я думаю? — Люси встает, вытягивает из кармана джинсов доллар и бросает его на стойку. — Я думаю, вам с Китти лучше выбрать другой объект для бесед.

— Эй, я не хотела вас обидеть, — говорит Джейни.

— Неужели?

Люси идет к выходу, и ее всю трясет. На улице она останавливается и роется в сумочке в поисках ключа от машины. На самом деле ее задели не столько слова Джейни, сколько своя реакция; что-то в ней, значит, такое сидит, а она даже не знает что.

— Погодите минуточку, — зовет ее Джейни.

Она выходит из кафе и направляется к Люси, но та, с сумкой под мышкой, спешит к машине.

— Ладно, — говорит Джейни. — Бегите.

Тогда Люси останавливается и поворачивается к ней.

— Думаете, я вас боюсь? Думаете, мне есть дело до того, что вы скажете?

— Одного мужчины никогда не могут понять, — говорит Джейни. Она подходит к Люси. — На самом деле нам наплевать, как они выглядят. Они этого не понимают, ведь им-то не наплевать, но нас заводит совсем другое. Я знаю, что чувствуешь, когда Джулиан тебя хочет.

Люси наконец находит ключи и так их сжимает, что ключи врезаются в ладонь.

— Может, я ревную, — говорит Джейни. — Может, нужно было ехать за ним, когда он меня бросил. Но я стала слушать всех вокруг, а они все твердили, что я рехнулась, и я осталась.

Шеннон в «хонде» на другой стороне парковки жмет на клаксон.

— Надо же, я о ней забыла, — хмыкает Джейни. — Наверное, лучше бы мне помалкивать про Джулиана, а я разболталась. Тоже Длинный Язык.

Позже, когда солнце сядет, небо очистится, открыв Люси страхи, которых она раньше не знала. А пока что она стоит перед Джейни, чувствуя себя такой же беспомощной, как оранжевые цветки текомы[14].

— Хотите совет? — спрашивает Джейни.

— Нет, — говорит Люси.

Они смотрят друг на друга и смеются.

— Не насчет Джулиана, — говорит Джейни. — Тем более что я все делала не так.

Шеннон высовывается из окошка.

— Мам, — зовет она.

— Не гони лошадей, — откликается Джейни. — Сполосните волосы лимонным соком, — говорит она. — Некоторые не верят, но, когда у меня концы зеленели, мне помогало.

Когда Люси едет домой под коралловым небом, она дважды пропускает поворот. И тогда она решает — хватит кружить вокруг пирожковых в раздумьях о внезапно вспыхнувшей страсти, надо во что бы то ни стало сделать то, чего ни Пол Сэлли, ни городская полиция, быть может, не сумеют сделать. Ей необходимо узнать, кто такая Карен Райт и кто ее убил. Это единственный способ отвлечь внимание от Кейта. Если его схватят, не разобравшись, он погиб. Дело не в том, обвинят его или нет, а в том, как он будет жить дальше. Если Кейт убедит себя, что он презренный и жалкий, то никогда больше не вернется в нормальную жизнь: ложь из мелкой станет большой, как раскормленная рыбешка, мелкие кражи станут более крупными и более рискованными, нитка бисера превратится в петлю на шее.

И потому, вместо того чтобы идти к себе, Люси направляется в квартиру 1 «А», где живет комендант. Ей не нужно притворяться, будто она волнуется, говоря, что ей необходимо попасть в квартиру 8 «С». Это, конечно, все глупости, но Карен брала у нее блузку, которую она теперь хочет забрать. Комендант — человек за шестьдесят, перебравшийся сюда из Бронкса, — начинает ворчать, отвечает, что квартира опечатана. Люси упрашивает. Говорит, что купила эту блузку в «Мейсиз»[15], что никогда ей больше такой не найти, и в конце концов комендант поднимается с ней наверх, говорит, что у нее две минуты, и остается ждать в холле.