Читаем Челюсти - 2 полностью

Сейчас ему удалось справиться только с одной, а вторая застряла и отказывалась пройти до конца. Ларри Вогэн вертелся юлой возле Тома Эндрюса, опускавшего якорь. Возможно, Ларри просил, чтобы его пустили первым, или просил, чтобы не пускали в паре с Николасом.

Этот слизняк всегда подводил своих друзей. Энди взглянул в сторону Майка Броуди. Тот был готов, как обычно. За плечами виднелся кислородный баллон, и Майк сидел, свесив ноги вниз и глядя в темно-зеленую воду.

- Эй, Майк! - позвал он, и Майк прошлепал к нему в ластах. Слава Богу, он больше не обижался за тот случай на пляже, когда они за ним по глупости подглядывали. Майк схватил Энди за руку, сильно потянул и помог одеться.

Майк стоил троих Ларри Вогэнов. Да, он здорово напугал тогда Ларри и чуть его не утопил. Теперь-то уж никто не решится назвать его "Спитцером". А если Майк когда-нибудь еще ввяжется в драку, Энди будет на его стороне.

- Ты не пошел бы со мной сегодня в паре? - спросил Энди.

- Если будешь вместе со мной искать тот шар, - ответил Майк. - Ну, шар с вертолета, помнишь?

Энди очень сомневался, что сможет вообще что-либо увидеть под водой, кроме своего товарища, и намеревался полностью отдаться на волю Майка. Он лишь надеялся, что не отстанет от него.

Вернулся Эндрюс.

- О'кей, ребята, разбивайтесь на пары. - И напоследок спросил: - Что мы делаем, когда опускаемся?

- Дышим, - ответил дружный хор, - Вдох-выдох.

- А что делаем, когда поднимаемся?

- Выдыхаем, выдыхаем, выдыхаем.

- Еще раз, громче.

- Выдыхаем, выдыхаем, выдыхаем.

- И как быстро мы поднимаемся?

- Не обгоняя своих пузырьков воздуха.

Эндрюс поднял большой палец руки, огляделся и...

"Боже мой, - подумал Энди, - он посылает нас первыми..."

- Броуди и Николас, в суп.

Они включили другу друга клапана и испытали регуляторы.

"По крайней мере, - подумал Энди, - под водой нет пыли, так что нечему вызвать приступ астмы".

Они плюнули в маски и растерли слюну по стеклу. Майк неожиданно повернулся и упал в воду. С пересохшим ртом и отчаянно бьющимся сердцем Энди закрыл глаза и последовал за ним.

Он начал опускаться. Да, с баллоном, утяжеленным поясом, кинжалом и ластами он, должно быть, весил две тонны. Энди запаниковал, чуть не уронил пояс и вышел ближе к поверхности. Перед стеклом маски колыхался мир зеленого. Он услышал свое затрудненное дыхание. А что если начнется приступ астмы? Он ничего не видел. В чем дело? Потом вспомнил, чему его учили, и набрал воды в маску, прополоскал стекло и выплюнул воду через носовой клапан.

Жизнь казалась прекрасной. Он увидел Майка, опускавшегося рядом в вихре пузырьков воздуха. Майк остановился, посмотрел в его сторону и поманил рукой. Энди последовал за ним.

* * *

Тюлениха провела большую часть времени в последние пять дней, покачиваясь на волнах залива Эмити недалеко от грязного берега, потому что чувствовала близость детеныша. Когда ветер дул с юго-востока, она чувствовала его запах и запах человека, если выдвигала нос высоко и выгибала шею.

Она мало ела. В заливе всегда было плохо с едой, она это знала и несколько раз выходила в океан. Но недалеко, и мало что попадалось. Если бы детеныш был с ней, или она смирилась с его потерей, то давно ушла бы далеко на север, подальше от белой смерти, которая всегда преследовала се в открытом океане.

Но какой она ни была хорошей матерью, в какой-то момент голод вынудил ее выйти в море. Так что этим утром она крикнула на прощанье и взяла курс в океан. Пройдя мимо берега залива Эмити, тюлениха выплыла к маяку в конце длинного каменного волнореза. Она не встретила ни трески, ни пикши, что означало одно: белая смерть была ближе, чем она предполагала.

Тюлениха повернула назад к Кейп-Норт, где растущая тревога вынудила ее вылезти на камни у маяка. Она немного отдохнула, но голод снова загнал ее в воду. На этот раз она стрелой полетела ко входу в гавань, где однажды вместе с детенышем поживилась макрелью.

Но сегодня вход в гавань, заполненный шумом от людей, не обещал ничего съестного. Она проплыла до самого пирса, который отлично знала, а потом вышла из гавани. Затем, тюлениха прошла мимо буя Эмити и повернула на юго-восток вдоль берега, направившись к тому месту, где потерялся детеныш. Но сейчас ее интересовала только еда.

Нырнув поглубже, она натолкнулась на стайку макрели и ворвалась в нес, как сокол, гонящий стаю голубей. Потом, схватив самую крупную рыбину, тюлениха почувствовала, что стая намеревается повернуть на север. Она перерезала им путь, схватила еще пару рыб, и, утолив голод, стала подниматься.

Внезапно на нее нахлынуло ощущение большой опасности. Она слишком далеко отошла от берега и направилась к пляжу. При повороте тюлениха подняла голову, чтобы посмотреть, как далеко от нее белая смерть. Ничего она не увидела, но инстинкт толкал ее ближе к берегу. Она выскочила на поверхность, пуская пузыри, схватила ртом побольше воздуха и снова нырнула. Под водой она передвигалась быстрее, чем на поверхности...