Читаем Часы-убийцы полностью

– Совершенно верно. Миссис Горсон, по-моему, когда-то была артисткой. Говорит всегда немного напыщенно, но охотно берется за любую работу и ладит с Милисент. Горничную зовут Китти Прентис... А теперь, сэр, когда я рассказал все, что знаю, можно ли и мне задать один вопрос?

Тон этих слов настолько отличался от прежнего, что Мелсон поднял голову. Голос Карвера не стал громче, он не сделал никакого жеста – и все же напоминал сейчас воина, напряженно глядящего поверх своего щита.

– Насколько я понял, вы считаете, – резко проговорил Карвер, – что в доме живет человек, который украл часовую стрелку и по какой-то загадочной причине заколол ею какого-то бродягу. Возможно, у вас есть причины верить в это, хотя мне подобное предположение кажется смешным. Могу я узнать, сэр, кого конкретно вы подозреваете?

Карвер смотрел на доктора Фелла, швырнувшего только что окурок сигары в переполненную до краев пепельницу. Однако на неожиданный вопрос ответил Хедли.

– Быть может, именно вы и поможете нам найти ответ на этот вопрос, – наклонившись вперед, проговорил он. – Насколько я знаю, многие жильцы этого дома заходят иногда в трактир на Портсмут-стрит, не так ли?

Карвер уже успокоился, хотя взгляд его все еще оставался напряженным.

– Да, это так. Я сам часто заглядываю туда вместе с Боскомбом, иногда там бывает и мисс Хендрет в обществе мистера Полла. Хотел бы я знать, – слегка нахмурившись, продолжал он, – откуда вам это известно? Теперь, подумав, я припоминаю, что покойный не раз пытался завязать с нами разговор в трактире, ставя нас, честно говоря, в довольно неловкое положение.

– И вы с трудом узнали его, увидев труп?

– Да. Освещение...

– Но все же узнали, не правда ли? Он был часовщиком, мистер Карвер, так он вам представился. Вашим коллегой, верно? Почему же вы назвали его "взломщиком", а не "часовщиком"?

– Потому что он не был часовщиком, – спокойно объяснил Карвер и снова нахмурился. – А считать его взломщиком у меня были достаточно веские основания.

Ни один мускул на лице Хедли не дрогнул, но Мелсону было ясно: сейчас инспектору приходится иметь дело с одним из самых трудных свидетелей за всю его карьеру, и он уже начинает это осознавать.

– Он и в самом деле представился часовщиком, – откашлявшись, продолжал Карвер, – но выдал себя с первых же слов. Назвал мои наручные часы хронометром – ни одному часовому мастеру такое и в голову бы не пришло! Потом спросил, нет ли у меня какой-нибудь работы для него. У меня были при себе карманные часы, которые один знакомый дал для починки. Я говорю ему: "Послушай, друг, в этих часах надо заменить волосок. Часы, говорю, дорогие, так что расскажи-ка ты мне сначала, как ты возьмешься за дело." Ну, и он начинает плести мне что-то о заводной пружине!

Громкий клокочущий смех неприятно прозвучал в дымной комнате. Карвер впервые несколько оживился.

– "Ну, тогда, – говорю я, – расскажи, как ты поставишь новые ось и балансир? Это ведь уж совсем просто? Вижу, что ты и этого не знаешь. Ни черта ты, дружок, не смыслишь в нашем ремесле, верно? Возьми-ка ты лучше вот эти полкроны, – говорю я, – ступай к стойке и не морочь мне больше голову".

В наступившей тишине Хедли буркнул себе под нос какое-то проклятье. Карвер, однако, еще не кончил.

– Часовщиком, – покачав головой, добавил он, – этот человек определенно не был. Гм-гм... Скорее я бы его принял за полицейского агента или частного детектива.

– Понятно. Значит, вы решили, что полиция могла по какой-то причине заинтересоваться вами?

– Не больше чем любым другим. С чего вы это взяли, сэр? Я только слышал, как Боскомб пожаловался хозяину, что этот тип все время вертится вокруг нас (пива мы ему, конечно, больше не ставили) – короче говоря, попросил убрать его из трактира, – но тот остался. – Карвер задумчиво потер подбородок. – Я давно заметил, сэр, что... гм... в трактирах бесплатную выпивку могут получить только кошки и полицейские.

Лицо Хедли напряглось, но он сдержался и задал новый вопрос:

– Мистер Боскомб настаивал, чтобы этого человека выкинули из трактира, но, тем не менее, потом предложил ему забрать свой поношенный костюм. Как же случилось, что он не узнал его, увидев мертвым?

– Вот как? – вежливо удивился Карвер. – Ну... гм... может быть, вам лучше спросить об этом у Боскомба. Право же, не знаю.

– Раз уж вы так хорошо запомнили все, что происходило тогда в трактире, может, расскажете нам: пытался ли этот человек завязать разговор еще с кем-нибудь из вашего дома? Карвер задумался.

– Как будто, нет. Хотя, постойте-ка! Разве что с мистером Поллом. Правда, Полл всегда говорит, что, когда ему хочется выпить, он готов чокаться даже с епископом, если никого больше не окажется под рукой.

– Ага... Ну, а еще кто-нибудь из вашей компании как-то отреагировал на попытки этого человека приставать к вам?

– Ну... э-э... мисс Хендрет высказалась как-то в том духе, что готова была бы убить этого типа. Похоже, что он действовал ей на нервы.

– Он и с ней пытался завязать разговор?

Карвер бросил на инспектора взгляд, полный любопытства.