Читаем Часодеи читают Часодеев (СИ) полностью

— со значением произнесла Василиса. — Раз вы бывали в будущем, то наверняка могли воспользоваться каким-нибудь механизмом.

— Часы лишь измеряют время, а не рождают его, — с улыбкой произнес часовщик. — Какая разница, каким прибором ты производишь измерения, куда важнее, как и для чего это делаешь. И знаешь, запомни один совет: старайся пользоваться вещами и изобретениями той эпохи, в которой живешь.

— Это важно. — подметила ЧК.

— Мало коментов. — тяжело вздохнула Дейла.

— Интересно же. — ответил Фэш.

Да, я знаю, что первый часовой механизм будет изготовлен через много сотен лет, поэтому предпочитаю пользоваться песочными часами, в редких случаях — солнечными. Впрочем, у меня дома находится отличная коллекция клепсидр — водяных часов.

— Погодите, но ведь часовая стрела у вас есть? — абсолютно позабыв о своей миссии, продолжала выспрашивать Василиса. — Как вы управляете Временем?

— Любопытная ты моя! — погладила по Василисиной голове Дейла.

— Ой — ой — ой! — хмыкнула Василиса. — Модно подумать, что ты не задала бы такого вопроса.

— Задала бы. Просто ты всегда такая любопытная.

— А ты тихоня моя.

Дейла обняла сестру, и продолжила гладить её по голове.

— Ну и почему мои дети раньше не дружили? — вздохнул Нортон.

— Всё бывает Нортон, бывает. — поддержал Миракл.

Некоторое время Эфларус немигающим взглядом смотрел на Василису и вдруг громко рассмеялся.

— Ну вот, ты меня все-таки подловила, — сквозь хохот выдавил он. — Вообще-то в нашу эпоху часовщики пользуются простыми деревянными палочками…

— Гарри Поттер курит в сторонке! — засмеялся Фэш.

— И не говори. — поддержал Ярис.

Но ты права, — тут он извлек из-за пазухи плаща длинную, из тусклого металла, часовую стрелу, — это более практичный инструмент. Конечно, первый циферблат, причем только с одной стрелкой, изобретут не раньше пятнадцатого века.

— Ага…

— У меня кованая стрела, латунная, — с гордостью продемонстрировал Эфларус. И вдруг встрепенулся: — А теперь поговорим о твоем Ключе. Ведь ты за этим пришла сюда, не правда ли? Тебе надо узнать его тайну.

— И проклятье, — поспешно добавила девочка. — Если оно есть, конечно.

— Я же тебе говорил, что есть. — сказал Марк.

— Я не всем верила. — пожала плечами Василиса. — Но над твоими словами я призадумалась.

— Проклятье? — Эфларус выглядел удивленным. — А-а-а! — понимающе произнес он. — Твой Ключ называется черным вовсе не из-за плохого предназначения. Черным его прозвали из-за цвета стен комнаты, к дверному замку которой он подходит. Я лично просил у часового мастера сделать ключ в виде кинжала и вмонтировать в лезвие точные часоводы. ЧерноКлюч настолько силен в управлении Временем, что может остановить любой механизм на земле. Даже… сердце. Сердце человека.

— Сердце? — изумилась Василиса.

— Вот почему книга называется «Часовое сердце»… — задумчиво произнёс Лёшка.

— Всё верно. — кивнул Данила.

— Да-да, — покивал Эфларус. — Ведь сердце — это тоже механизм, ты согласна? Оно не только регулирует доставку крови к мышцам и органам, но и отсчитывает время твоей жизни. Ты никогда не задумывалась над этим? — Эфларус весело прищурился, довольный замешательством Василисы. — Да, девочка, сердце — самый уникальный часовой механизм в мире. Но даже из-за этой способности — с легкостью останавливать Время, — продолжил часодей, — вряд ли можно сказать, что на ЧерноКлюче лежит проклятье.

«Скорее всего, Марк с Нортом просто наврали!»

— Нет Василиса. — помотал головой Марк. — Это не так.

— Хоть ты и выжила, но в нём проклятье всё равно было. — поддакнул Норт.

— Но как это? — до сих пор не поняла Василиса.

— Потом узнаем мы все в книге. — прервал Нортона Миракл.

— обозленно подумала Василиса. И спросила:

— А что мне сделать, как хозяину ЧерноКлюча, чтобы Алый Цветок наконец расцвел?

— А, все просто, — махнул рукой Эфларус. — Тебе придется перерезать его стебель. Без этого нельзя будет использовать силу чудесного растения для нового Временного Разрыва. Да, я все знаю, — останавливая Василису жестом руки, добавил часодей. — Знаю, что дела Эфлары настолько плохи, что приходится творить новый разрыв Времени. Я видел это в одной из вероятностей будущего.

— Он тоже умеет смотреть в будущее?! — ужаснулся Рознев.

— Ну…вот ты как читаешь и слушаешь?! — вновь не выдержал Марк. — Он же великий часодей!

— А точно…

— Лёх с тобой полный пиз —

— Марк! — возмутился Нортон.

— С тобой полный капец!

А ведь я предполагал, что самый верный способ — перевести планету на сто часов назад! — вдруг с жаром выкрикнул он. — Надо всего лишь перевести время ровно на сто часов назад! У Земли, как у основной планеты, всегда будет большая скорость, а у Эфлары, как у планеты-двойника, — меньшая, вот почему Временной Разрыв сокращается. Понимаешь?

Василиса не совсем понимала, но на всякий случай кивнула.

— Я тоже не понял. — хмыкнул Маар.

Ей было интересно узнать, к чему клонит великий часодей.

— А если перевести планету на сто часов назад, Земля, как планета с большей скоростью, во времени всегда будет убегать от Эфлары. И больше не надо будет беспокоиться.