Читаем Час Самайна полностью

Я очень переживала, что не найду Яшу. Денег почти не ос­талось, потратилась в дороге. В город попали вечером, почти перед комендантским часом, но все обошлось. В сумерках город показался мне мрачным и таинственным, затаившимся. Опас­ность, казалось, скрывается за каждым углом. Улицы были полупустые, а если кто и попадался, то военные или в полуво­енной одежде, в основном мужчины. По указанному адресу в трехэтажном облупленном доме на Большой Васильковской Яши не оказалось. Дверь открыла пожилая женщина со стро­гим лицом — видно, что из барынь. 

— Здравствуйте, я Мира, младшая сестра Яши, приехала из Одессы, — сказала я, как он научил меня в Питере. 

— Здравствуйте, барышня! Яков о вас предупредил. Прохо­дите, будем чай пить. Меня зовут Ольга Илларионовна. Вещи кладите пока здесь. Как Одесса? 

— Тяжело, — односложно ответила я, решив отказаться от чая, так как начнутся расспросы, а я ничего не знаю. И чего это Яше взбрело в голову выдавать меня за свою сестру, да еще из Одессы? 

— А где легко? В один миг обрушилось то, что казалось мо­гучим и незыблемым. А знаете, откуда началось то, что при­вело к нынешнему положению? 

— Нет. Откуда? 

— Отсюда, Мира. Здесь, в Киеве, был убит Столыпин. Ве­ликий человек. Он бы не допустил подобного безобразия. Мы хоть окраина, не Питер и не Москва, но у нас происходят вещи, которые там и не снились. Знаете, у нас уже четыре раза власть менялась. Сплошные митинги и аресты. Страшно! Не только ночью, а уже и днем страшно. Да что я все говорю, чай обеща­ла, а не готовлю! Прислуги нет. Накладно да и опасно по ны­нешним временам, приходится все делать самой. 

— Спасибо, Ольга Илларионовна. Мне что-то чаю не хочется. 

— Никаких возражений, смертельно меня обидите. Мне ваш брат Яков очень нравится. Хороший постоялец, только редко бывает — весь в работе, разъездах. Ваши комнаты рядом на­ходятся. 

— Давайте тогда я самоваром займусь. 

— Очень меня обяжете, если честно. Не привыкла я к это­му... Всю жизнь прислуга была, муж, а теперь никого. 

— А муж, простите за вопрос, где? 

— В Москве. Войной его туда занесло, и он не спешит назад выбираться. А мне страшно покидать дом и отправляться неизвестно куда. Он там революционными делами занимает­ся, и, как я понимаю, нескоро его здесь ждать.