Читаем Час Самайна полностью

Во вторник вечером, часу в восьмом, приходит Аня и зовет меня в юнкерское училище. Подходим к воротам и спрашиваем, можно ли пройти в училище. А нас спрашивают, кто нам нужен. Мы называем фамилии всех знакомых нам юнкеров, и все они оказались в отпуске. С нами разговаривали двое юн­керов и красногвардеец. На мое удивление, что он знает всех юнкеров, ответил, что и сам является юнкером. Он расстег­нул шинель и показал под ней юнкерские погоны. Аня написала Сальцевичу письмо и не знала, кому из юнкеров его отдать, чтобы передали. А те наперебой хотели его заполучить. Они начали нас стращать, хотели обыскать, отвести в карауль­ное помещение, но, конечно, отпустили, хотя и неохотно. Наконец мы вырвались, но не успели дойти и до угла Симбир­ской, как слышим., что за нами кто-то бежит. Оказывается, нас догоняют юнкер-красногвардеец Николай Ефремов и сам Сальцевич. Они нас вернули, привели в приемную. Мы устро­ились на деревянных лавках и начали болтать. Я заметила напротив барышню, сидящую с юнкером, она оказалась сослу­живицей по банку. А Сальцевич был ее хорошим знакомым. К нам подошел еще один юнкер, который бывал с нами у кос­тра. Потом вышли все вместе из училища. Сальцевич где-то застрял, и на смену ему к нам припаялся хорошенький юнкер. Проводили нас на вокзал, а сами пошли на трамвай. Не успели осмотреться, как является тот самый медик, с которым мы познакомились в воскресенье на вокзале. Подходит к нам и на­чинает болтать. Он назначил Ане свидание у себя на кварти­ре, говорил пошлости и прочий вздор. Аня решила поехать на 10:30; и мы остались с ней. Явилась Ольга. Уселась рядом с нами. Очевидно, она хотела, чтобы мы познакомили ее с медиком, но я и не думала. Я ей стала говорить, что Таня переехала и хо­чет сделать вечер. Она спросила, кого Таня будет приглашать. Я сказала, что теперь у нас много знакомых юнкеров. При слове «юнкера» Оля сделала замечательную гримасу. Очевидно, ей не по нутру, что у нас так много знакомых, да еще и юнке­ра, которыми она очень бедна. 

В половине одиннадцатого мы распрощались. Домой я шла с медиком Колей. Аня назначила ему завтра на вокзале, потому что идти к нему на квартиру не намерена. Для него это кажет­ся очень простым, потому что он вращался в кругу курсисток.

Петроград. 8 ноября 1917 года, среда