Читаем Час негодяев полностью

– Кто что видит, доклад.

– По нулям.

– По нулям.

Я остановился на площади, как будто решая, куда идти дальше.

– Белый фургон. Правее. На час от тебя.

Я заметил белую грузовую бортовую «Газель».

– Внимание, «Газель». Кто что видит?

Раздался звук… похожий на удар молотком по металлу, и тут же второй раз. «Газель» резко остановилась, с пассажирского места выскочил человек с пистолетом.

Девушка в платке толкнула коляску, в руках у нее оказался короткий «Витязь» с глушителем[74] и длинным сорокаместным магазином.

Длинная автоматная очередь ударила по «Газели»…

– Ну и дел вы наворотили…

Резидент ГРУ смотрел на меня как на… опасного сумасшедшего.

– Наверное, вы в курсе, что вас в розыск подали?

– В курсе, Владимир Кириллович…

…

– Что произошло здесь в две тысячи четырнадцатом? ФСБ, я так понимаю, было заинтересовано в дестабилизации обстановки и большой войне не меньше, чем СБУ и украинцы в целом?

Гэрэушник поморщился:

– Это-то тебе зачем?

– Да, в общем, незачем. Я, между прочим, тут был, в самом начале. Сидел в подземном переходе у Донецкой ОГА и ждал, пока танки пойдут. Это все равно настоящее, не обосрать это как не пытайся. Но мне интересно, за что нас так столкнули лбами?

– А сам ответа не знаешь?

Да, в общем-то, знаю.

– Кто заинтересован в работе днепропетровского снайпера?

– Многие. Идет модерирование политического поля. Действующую власть в Днепре тоже многое не устраивает. Они не получили от Израиля того, что хотели. Израиль сам сейчас вынужден выживать, решать вопросы – это не девяностые. Кроме того, кому нужно второе еврейское государство? Израилю хорошо помогают, туда идут денежные потоки, у них везде существует лобби, люди едут в Израиль с деньгами. И вдруг появляется второй Израиль – на благодатных украинских землях, подальше от обстрелов и ХАМАСа. Считай, вторая Америка.

– Понял.

– Это первый аспект проблемы. Второй аспект – днепровские власти сильно тяготятся навязчивой опекой США во всех вопросах. Они бы хотели «збудовати» как раз маленький Израиль, причем находящийся в дружественных отношениях с Россией, чтобы не было ни войн, ни обстрелов, чтобы торговать, гонять контрабанду, а не восстанавливать едыну Краину кровью. У американцев другая точка зрения на это.

– И днепропетровский снайпер – способ намекнуть им о том, что они не правы.

– Именно. Если разобраться, то это очень удобный инструмент во всех отношениях. Если разборки учиняют свои, то надо искать, врубать ответку, мстить. А если убивает днепропетровский снайпер…

– Хорошо. Но каким тогда боком к этому ко всему местные? Я имею в виду донецких?

– Каким? Во-первых, они против Харькова. Это, кстати, с самого начала была глупость – запихать Донецк и Харьков в одно государство… это все-таки разные территории. А во-вторых, местная олигархия, она же точно такая, как и в Днепре, только донор другой. А так – они не меньше заинтересованы в освобождении от опеки. Сам подумай: в Днепре сталь варят, в Донецке кокс добывают. Донецк по экономике ближе к Днепру теперь, чем к Харькову.

– А как насчет борьбы за лидерство?

– Ну… вот она и идет, понимаешь? Борьба за лидерство. Или дилерство. Или хрен знает еще чего.

Хрен знает еще чего…

– Благодарю. Больше не смею отвлекать.

– Помощь нужна? Могу по-тихому вывезти в Ростов. И тебя и… кто там с тобой был?

– Нет. Справлюсь.

На улице я достал телефон и набрал номер. Ответили на удивление быстро.

– Саня…

– Ты откуда? – Голос был удивленным.

– Встрял я, – сказал я, надеясь, что мой старый друг, как обычно, поверит, – и не по-детски встрял…

– Ты откуда звонишь?

– Я из Донецка…

Днепропетровск.

Набережная.

10 июля 2019 года

– Странно здесь как-то… – сказала Дана Каррера.

– Что – странно?

– Да все… – зло выругалась она. – Вот, видишь всю эту хрень. Люди гуляют. Не бородатые, не в хиджабах – обычные люди. Обычный город. И в то же время тут идет война.

Они сидели на набережной. Обычная набережная, правда, самая длинная в Европе. Чуть ли не двадцать миль. Не так далеко отсюда он первый раз попал под обстрел снайпера и только чудом остался цел.

Гребаная Восточная Европа. Командир его группы начинал неподалеку, в бывшей Югославии. Много рассказывал про эти места… земли эти были обильно политы кровью, и тут дело было не в русских… просто для Европы проливать кровь нормально, здесь войны велись на протяжении тысячелетия, это не Новый свет. Он понимал, почему восточноевропейские страны приняты в НАТО, – да чтобы не наделали глупостей поодиночке! Но, похоже, что русским все же удалось раскачать ситуацию и создать в Европе очаг новой войны. Эта набережная… эти люди… здесь все как должно быть, и в то же время все по-другому.

Чертовы русские.

– Пока не идет.

– Нет? А вон это что?

Она показала пальцем на едва заметную точку в небе.

– Это беспилотник.

– И что он тут делает, нахрен?

– Купили местные олигархи. У них связи с Израилем. Или это наш, здесь неподалеку секретная база ВВС.

– А это нормально – когда у мафии есть беспилотники?

– Здесь – да. И они не мафия.

– Перестань. Я все-таки в Мексике родилась. Втирать мне не надо.

Козак пожал плечами: