Читаем CC – инквизиция Гитлера полностью

То, что Гиммлер называл «здравым человеческим смыслом», было не чем иным, как жестоким террором. Тот, кто имел несчастье попасть в поле зрения его органов, часто никогда не возвращался домой. Коммунисты, евреи, бездомные и цыгане подвергались в застенках и лагерях Гиммлера систематическим унижениям, избиениям и пыткам, нередко заканчивающимися смертельным исходом.

Слепая ненависть ко всему, что было не по нутру так называемой «расе господ», приносила людям невыразимые страдания уже тогда, в «мирные годы» режима.

Гиммлер лично расписал довольно детально типовой распорядок будней для концлагерей с объявленной целью: не допустить произвола и других эксцессов со стороны персонала.

Однако в действительности все выглядело иначе. Вопреки четким инструкциям, повсеместно участились случаи неподконтрольного садизма. Государственные органы юстиции не имели права расследовать убийства, совершаемые в концлагерях. Во всех сомнительных случаях уголовных преступлений рейхсфюрер СС всегда занимал сторону лагерных охранников. Не было ни одного случая, подтвержденного документально, чтобы Гиммлер наказал те или иные охранные команды в концлагерях за недопустимо грубое обращение с заключенными. Наоборот, есть примеры его личного цинизма по отношению к узникам режима.

Так, например, в 1938 году он, приветствуя колонну только что прибывших в лагерь Дахау новичков, заявил: «Вы знаете, что здесь вы — арестованные и находитесь под нашей защитой. А это значит, мы сделаем все, чтобы обеспечить вам эту защиту».

Взрыв хохота охранников прервал его издевательскую речь. Гиммлер был очень доволен собой и своими подчиненными, которые его отлично понимали.

Несмотря на постоянно растущий объем служебных обязанностей, Гиммлер продолжал корпеть над разработкой основных элементов своей суровой идеологии.

2 июля 1936 года по его указанию был поставлен необычный спектакль. Властная верхушка Черного ордена провела в зловещей обстановке церемонию «часа освящения» в Кведлинбургском соборе. Вооруженные эсэсовцы в стальных касках застыли в безмолвном карауле. «Зеленые венки германских дубов» украшали подземную крипту собора. Неровный свет восковых свечей погружал происходящее в мистический полумрак. Древнегерманские духовые инструменты «луры» — двухметровые трубы, специально изготовленные по образцам археологических раскопок, торжественно звучали под темными сводами крипты. Отмечалось тысячелетие со дня смерти германского короля Генриха I.

Если верить утверждению Феликса Керстена, финского массажиста, то Гиммлер видел в своей личности как бы телесное возрождение этого средневекового властителя и заявлял, что часто во сне получает от него советы.

Первый германский король из рода Оттонов играл для шефа СС ключевую роль «по историческим соображениям». По мнению Гиммлера, Генрих I, основавший первые поселения на восточных землях и не подчинявшийся римско-католической церкви, указал путь к «германскому возрождению», осуществиться которому теперь, по прошествии 1000 лет, наконец-то пришло время.

«Час освящения», проведенный в строгом соответствии с тщательно разработанной церемонией, произвел большое впечатление на присутствующих. Накопившаяся потребность в светской религиозности нашла себе отдушину в стенах старинного собора. Один высокопоставленный член СС писал после этого о «верующих сердцах» и об «истинно германском благочестии», которые в полной мере проявили себя на этом «священном месте».

Проявления массового экстаза целиком и полностью затмили человеческий разум. Можно предполагать, что даже социализированный Гиммлер, в прошлом верующий человек, просто упивался своим авторством такого высокого торжества. Об этом свидетельствует и его высокопарная речь: «Вот так мы встали в строй как единый национал-социалистический солдатский Орден нордически отмеченных мужчин, как родством и клятвой освященный союз. И идем теперь все маршем вперед по пути в далекое будущее». Это был типичный сценарий его речей о будущем, расплывчатом и неопределенном, без ясной постановки конечных целей.

В попытках представить высшие достижения истинно германской культуры на основании раскопок примитивных поселений бронзового века, чтобы оправдать право на новое мировое господство, или в предложениях о строительстве замков для захоронения павших в боях офицеров СС по примеру могил доисторических германцев четко просматриваются его представления о будущем, которые являются интерпретациями ложно понятого прошлого и поклонения резным идолам пращуров.

Через год Гиммлер повторил церемонию в Кведлинбурге при «захоронении» мощей Генриха I. Как было установлено после войны, речь шла тогда о человеческих останках, найденных в земле недалеко от собора, но ни в коем случае не о подлинном скелете короля. Это был своего рода подарок шефу СС со стороны лакейски настроенных археологов.