– Мы знаем. Но скоро ты поймешь. Тебе предстоит кое с кем встретиться.

Итак, слушатели, зрители, участники и друзья… где мы с вами находимся?

Среди мятежей, падений рынков и их цирковых возрождений, с миллионами приверженцев новых культов конца тысячелетия, сжигающих свое имущество и убегающих в горы, чтобы стать свидетелями конца света, другие миллионы требуют, чтобы их немедленно загрузили в сконструированный чужаками хрустальный рай, – может, и нам это нужно?

Одна неудача космической экспедиции может быть случайностью. Но две? В течение нескольких дней, одна за другой? Сначала китайский робот-зонд, направленный в пояс астероидов, едва оторвавшись от стартовой площадки, упал в море. Затем взорвался панамериканский корабль.

Конечно, обе экспедиции готовились в спешке, и целью обеих было получение новых артефактов. А подготовленные впопыхах экспедиции опасны. Но обе сразу? Взрыв на стадии подъема? Это погружает нас глубоко в Мир Подозрений – зависящих от того, какая тема у вас любимая. Особенная, самая старая: одно государство против другого. Немедленно пошли слухи о саботаже, напоминание о вулканической ярости китайского общества сразу после случая с «Чжэн Хэ». Напряжение нарастает. Отменены отпуска в армиях.

Напряжения добавляет всеобщая уверенность в том, что американцы что-то прячут. Они получают от Гаванского артефакта больше, чем обнародуют. Может, это они мешают другим раздобыть собственный артефакт.

Тем временем интеллектуалы пытаются разгадать загадки галактического «контакта», политики спорят, как будто клише «правый»-«левый» еще имеет значение, строят планы в расчете на «стабильность», но способны принести только смерть…

…а теперь и война в космосе?

Что еще нужно, чтобы человечество проснулось?

56

Рай

Пэнь Сянбин испустил низкий стон и поток пузырей. Он попятился в угол, а фигура нагнулась к окну, чтобы протиснуться внутрь; гулкие разрывы и звуки стрельбы сотрясали затопленные развалины королевского дворца.

На нем военный мундир… и шлем с жабрами для дыхания под водой.

В углублениях шлема все еще развертывались добывающие кислород из воды полоски, а пришелец тем временем дышал через трубку. Очевидно, беглец с поля боя, он был в очках, не предназначенных для использования под водой. Бин наблюдал, как барахтается солдат. Ему надо успокоиться, иначе он перенапряжет жабры.

К тому же Бин понял: «Мое зрение приспособилось к полутьме, и я его вижу. А он меня – нет. И он совсем не такой большой, как я думал».

Плечи широкие из-за воздушных карманов: надулись, когда солдат прыгнул в воду. Теперь фальшивый объем опадал. И Бин понял, что на самом деле парень худощав.

Так… может, попробовать схватиться с ним?

Звуки боя удалялись. Но Бин знал: он не воин и его долг – заботиться о мировом камне, а не рисковать жизнью ради Новоньюпорта. Бин начал перемещаться к отверстию, короткими рывками подтягивая за собой сумку с камнем, стараясь не наткнуться на обломок балок и ноги пришедшего.