Читаем Бытие полностью

Ей пришлось говорить вслух, чтобы точно знать – очки ее услышат. Несколько прохожих удивленно посмотрели на нее: бывают же такие невоспитанные! Говорить вслух, беспокоя других в общественном месте? Ужас!

Однако у Мейлин не было даже микрофона в горле и выбирать ей не приходилось.

– Что у вас нового о нем?

«Никаких новостей, – ответил правительственный чиновник. – Я хочу обсудить с вами, как спасти его от дурного общества, в котором он оказался. Как вернуть его в объятия его любимого государства».

Мейлин, боявшуюся, что новости плохие, окатило волной облегчения. Отвернувшись к ближайшей кирпичной стене, она тихо ответила:

– Я… уже рассказала другим офицерам все, что знала. Машины и препараты подтвердили, что я не лгу. Не знаю, что я смогу добавить.

Мейлин говорила об этом без сожалений и не чувствовала себя предательницей. Сянбин сказал ей, что, если им будут интересоваться власти, она должна во всем сотрудничать с ними. Ведь ничего из того, что она скажет, для него не опасно. С той минуты, когда он уплыл с пингвином-роботом, и до настоящего времени не было никаких оснований считать, что он совершает что-то противозаконное.

«Да… – Мужчина на мгновение посмотрел в сторону, кивнул и снова повернулся к Мейлин. Она подумала: с какой точки он на нее смотрит? Хотя его изображение появилось на внутренней стороне ее очков, он, вероятно, использовал камеру на фонарном столбе, как раз над нею. – Мы бы хотели снова поговорить с вами, – объяснил он. – Нужно всего несколько минут, чтобы прояснить одно-два противоречия. После этого мы отвезем вас домой за счет государства».

Что ж. Перспектива, кажется, соблазнительная. Не придется брести через весь Восточный Пудун, таща покупки и малыша, который с каждой минутой становился все тяжелее.

– У меня есть контактный код инспектора Ву, которая допрашивала меня в последний раз. Позвонить ей, чтобы организовать встречу?

Цзин Пуван покачал головой:

«Нет. Мой отдел не может тратить время на прохождение через местные органы. Вопрос относительно незначительный, но его нужно решить немедленно, это приказ из столицы».

Мейлин с трудом сглотнула.

– Куда идти?

«Позвольте дать вам координаты ближайшего полицейского участка. Офицеры проведут вас в помещение для свиданий и предоставят освежающие напитки. Я отправлю к вам навстречу свой голоаватар. Потом машина отвезет вас домой».

Ее очки немедленно перестроились на пятнадцатый слой, пробежали цифровые коды, и перед Мейлин материализовалась желтая стрела, указывавшая, что ей нужно дойти до конца квартала и повернуть налево.

– Надеюсь, инспектор Ву довольна моим сотрудничеством, – сказала Мейлин, начиная путь в указанном направлении.

«Об этом не беспокойтесь, – заверил ее полицейский. – Скоро встретимся».

И его лицо исчезло.

Некоторое время, чувствуя тоскливое одиночество, Мейлин шла по стреле. Нехорошо привлекать к себе внимание властей – хотя инспектор Ву и ее технические специалисты были вежливы и ничем ей не угрожали во время разговора, когда на берег рядом с маленьким домом, который они построили вместе с Сянбином, опустился большой сверкающий вертолет.

Конечно, они хотели все знать о блестящем камне, который так походил на вашингтонский Артефакт. Когда ее спросили, почему муж не доложил правительству о своей находке, Мейлин очень искренне и правдиво объяснила, что они боялись разделить участь прежнего владельца кристалла.

«Ли Фанлю пал жертвой паранойи и коррупции того времени, – признала инспектор Ву. – Но тех, кто это с ним сделал, постигла та же судьба во время реформ, последовавших за катастрофой «Чжэн Хэ» и Великим Договором. Жаль, что ваш муж не принял это во внимание и не принес свою находку нам, на пользу народу».

Когда Мейлин возразила, что они с Сянбином чувствуют к великой родине только любовь и почтительность, инспектора Ву это устроило.

«Все в порядке. Я уверена, мы его найдем. И у него будет возможность доказать свою преданность».