Читаем Бытие полностью

Бин схватил мешок и сунул в него блестящий овоид. От его прикосновения мировой камень на мгновение вспыхнул, потом как будто сдулся и потемнел. Бин накрыл его тряпкой и повесил мешок через плечо. Пингвиноид уже выскочил из дома-палатки. Бин обернулся…

…Мейлин протянула ему сына – единственное, что было дорого им обоим.

– Будь счастлив, – сказал он, положив руку ребенку на лоб.

– Останься в живых, супруг мой, – в свою очередь, приказала она.

Слезы у нее на глазах удивили и растрогали Бина больше любых слов. Он торопливо кивнул, обещая, и вслед за роботом вышел из палатки на закатное солнце.

На середине большой лестницы, у подножия которой Бин устроил свой частный причал, пингвин раскрыл брюхо, в котором обнаружилась небольшая полость и в ней металлический предмет.

– Возьми это.

Бин узнал миниатюрный дыхательный аппарат – шланг с мундштуком и крошечной герметичной капсулой сжатого воздуха. Была даже пара герметично прилипающих очков. Цуан Лу, контрабандист, использовал более громоздкую модель. Бин выхватил аппарат, щель сразу закрылась, и робот подошел к краю, глядя на грязные воды устья Хуанпу.

– Ну, быстрей!

Он нырнул, вынырнул и посмотрел на Бина птичьими, теперь светящимися глазами, следя за каждым движением человека.

Пэнь Сянбин оглянулся, гадая, вернется ли когда-нибудь, сжал зубами мундштук, надел очки и сделал самый глубокий нырок в жизни.