Читаем Бык в загоне полностью

— Братва, ошибка получилась, надо бы извиниться. Я вижу, что ты с понятиями, — указывая на наколки на руках Лысого, сказал усатый, — я ведь тоже сидел.

— Встань, покажись, — коротко приказал Сергей.

Тот послушно выполнил требование.

— Что-то я не вижу знаков отличия. Хорошо хоть нет «короля всех мастей», — засмеялся Сергей и посмотрел на Сопко.

— Я не пидар, — встрепенулся усатый.

— За что торчал, где и сколько? — вопрос Анатолия прозвучал угрожающе.

Потупив взгляд, кавказец что-то прошептал.

— Громче, сука, — цедя слова сквозь зубы, произнес Сергей.

— Год за спекуляцию, — повторил усатый.

— Когда?

— Три года назад.

— Где?

— Под Грозным.

— Заткни хлебало, барыга, — бросил Анатолий, — нет на тебе петушиного клейма только потому, что ты, сука, кочумал у себя в Чечне. Попал бы ты в сибирские лагеря или куда-нибудь на Урал, тебе бы быстро духовку прочистили за твое гнилое помело, а то верняк, что какой-нибудь родственничек тебя грел. Ну-ка, пацаны, поучите вежливости этого акробата, — обратился он к боксерам.

Казалось, что те только и ждали сигнала.

На тело бывшего спекулянта обрушился шквал точных ударов. Не давая своей жертве упасть, они профессионально, подобно заправским футболистам, пассовали друг другу голову усатого.

— Хватит, а то замочите, — остановил их Писарь, — лучше займитесь Иналом.

Нехотя прервав экзекуцию, Рембо, как называл одного из них Лысый, плеснул в лицо лежащего без сознания горца, столь неосмотрительно впустившего визитеров, воды из граненого стакана.

Тот открыл глаза.

Наклонившись к нему, Сергей спросил:

— Говорить можешь?

— Могу, — пробурчал тот, снова усаживаясь на стул, — вы нас бьете за то, что мы черные, или у вас претензии к чеченцам?

— Нет, милый, — произнес Никитин, — у нас нет ненависти к вашему народу, и твоего кореша мы бы не трогали, если бы он не стал перед нами гнуть пальцы. Нам нужен Мирза или кто-то из его людей.

— Но я правда его не знаю, — проникновенным голосом сказал Инал.

На миг Сергей задумался, а затем спросил:

— А может, ты знаешь Махмуда?

— Рафиева, — уточнил Инал, — Махмуда знаю.

Он живет на Воздухофлотском проспекте, я у него как-то «дурь» покупал, у него много было. С ним еще двое живут в квартире. Только дел у меня с Махмудом общих не было. Я азерам не доверяю, у них в голове одно — подешевле купить, подороже продать.

— А ты националист, — ухмыльнулся Толик, — а может, знаешь Паллада?

— Нет, никогда не слышал, — объяснил Инал.

— Ну что будем с ними делать, — спросил Сопко, — может, того? — он качнул в руке пистолет.

— Оставь, — протянул Никитин и направился к выходу.

Выйдя на улицу и усевшись в машину, Толик, обращаясь к другу, спросил:

— Что дальше?

— Будем искать Паллада, — сказал Сергей, — другого ничего не остается.

— Разве что кто-нибудь объявится на их хазе, — предположил Лысый, имея в виду съемную квартиру, в которой проживал покойный Махмуд со своими приятелями…

* * *

Еще два дня бесполезных поисков и утомительного ожидания не принесли никаких результатов.

Безмерно вымотанный Никитин, вопреки привычке, проспал до полудня.

Встав с постели и удивленно глядя на циферблат настенных часов, он созвонился с Кориным У того тоже не было никаких новостей. Их разговор прервал звонок в дверь. Извинившись, Сергей положил трубку рядом с телефонным аппаратом, открыл дверь.

На пороге стоял встревоженный Сопко:

— Писарь, собирайся!

— Что такое?

— Крытого мусора повязали, — одним духом выпалил гость.

— Погоди, я мигом, — еще не зная, чем он может помочь Кроменскому, ответил Сергей.

Вернувшись к незаконченному разговору с Москвой, Никитин сказал ожидавшему на том конце провода Доктору:

— Григорьич, у нас проблемы. Колю взяли.

— За что? — заволновался старик.

— Еще не знаю, — сказал Сергей, — сейчас поедем выяснять.

— Как только узнаешь, перезвони.

Подъехав к зданию, в котором располагался следственный отдел ГУВД, друзья нервно курили, непрестанно поглядывая на дверь.

Наконец из нее появился уже знакомый Никитину адвокат Линевич. Открыв дверцу их машины и грузно опустившись на заднее сиденье автомобиля, он рассказал, что Кроменского обвиняют в хранении наркотиков, якобы обнаруженных у него в квартире.

— Да Крытый травку на дух не переносит, — возразил Лысый.

— Был бы человек, а статья найдется, — сказал защитник, — по-моему, здесь мы имеем дело именно с таким случаем. Следователь в беседе дал мне понять, что на него давят сверху, требуя любым способом упрятать Николая Николаевича за решетку.

— Что вы думаете по этому поводу? — спросил Сергей.

— Думаю, что кого-то очень хорошо подмазали, и уровень далеко не районный, а может, даже не городской, — предположил адвокат.

— Самуил Яковлевич, дожмите следака, — попросил Толик, — заплатим ему, сколько запросит, только Коля должен быть на свободе. И пообещайте ему отдельную таксу, если он сообщит фамилию того самого козла, который хочет посадить Крытого. А мы со своей стороны будем думать, как выкрутиться.

— Сделаю все возможное и невозможное, — пообещал адвокат.

— А вас мы тоже не обидим, — добавил к сказанному Сопко.