Читаем Бык в загоне полностью

— Не будем травить байки. Я благодарен всем за то, что вы приехали сюда, чтобы обсудить кое-какие делишки, — он выдержал подобающую после слов приветствия паузу и продолжил:

— Возникла неприятная ситуация. Все мы знаем, что я имею в виду.

Авторитеты скупыми кивками подтвердили последнюю фразу Доктора.

— Сам я не знаю деталей, поэтому предлагаю выслушать Писаря, — Корин указал на сидящего справа от себя Сергея.

Подробно пересказав события недавнего происшествия, Сергей в конце выступления вынул из кармана блокнот, который присутствующие передавали из рук в руки, внимательно листая его.

После сообщения Никитина начали высказываться авторитеты.

Первым взял слово Соловей, или, как писалось в многочисленных уголовных делах, Соловьев Владимир Юрьевич, тысяча девятьсот сорок первого года рождения, прописанный в черноморском городе Одессе и занимавший там же одну из высших ступеней в криминальной иерархии.

— Хочу принести свои извинения Мише, — он выразительно посмотрел на сидящего напротив Тягуна, — честно говоря, я думал, что это твои люди рассчитали моих бизнесменов. А так же спасибо и тебе, Вася, — на этот раз взгляд его предназначался Доктору, — что ты нас здесь собрал, прояснив запутанный «рамс». Я чуть было не запорол бок, и тогда правилки мне было бы не избежать. Благодаря Доктору и Писарю, — Соловей указал на Никитина, которого я раньше не знал, но теперь понимаю, что он правильный урка, нам удалось сохранить жизни наших людей.

Встав со своего места и подойдя к Сергею, Соловьев протянул тому руку со словами:

— Понадобится мое слово на сходке, можешь на меня рассчитывать.

— Спасибо… — Сергей скупо поблагодарил одессита.

Потом слово взял крымский авторитет:

— Я, конечно, присоединяюсь к сказанному Вовой, но как же быть с черными, — заметив всеобщее оживление, Тягун продолжил:

— Где нам искать этого загадочного Мирзу?

— У меня есть на этот счет кое-какие соображения, — сказал Никитин, если собравшиеся не против, я изложу их.

Все молча ждали, что он скажет дальше.

— Я, просматривая записную книжицу, нашел несколько любопытных телефонов, по-моему, их нужно проверить, — Сергей многозначительно постучал ладонью по кожаному переплету, — судя по именам, это кто-то из их соплеменников. Таким образом, может быть, нам удастся выйти и на Мирзу.

— Плохо, что мы практически не знаем противника, — вступил в разговор молчавший до этого Крытый, — не знаем, какими силами он располагает и что хочет, нам о нем ничего не известно.

Плохо, если придется воевать, война стоит дорого…

— Но это не повод оставить их действия безнаказанными, — веско резюмировал Тягун.

Более горячий и неуравновешенный Соловей нервно выпалил:

— Да я эту мразь черножопую лично бы в расход пустил.

В разговор вмешался Вася Доктор:

— Я предлагаю, чтобы этим делом занялся Писарь, — а затем спросил Сергея:

— Что тебе для этого надо?

— Человек пять боевых пацанов, пару тачек и время, — тут же, как будто уже раньше обдумывал план действий, выпалил Сергей.

Крытый предложил:

— Возьми Лысого с его людьми, транспорт у него есть, — предложил Крытый.

— А я возьму на себя финансовую сторону, — сказал Соловей.

— Нет, — веско возразил Тягун, — деньги пойдут из общака. Неизвестно, сколько времени на это уйдет, а пацанам как-то жить надо, да и Писарь наше общее дело делает, не гоже так.

— Я свободный художник, — возразил Сергей, — меня ничто во времени не ограничивает.

— Тем более что свободный, — продолжал настаивать Тягун, — поэтому предлагаю назначить награду за голову Мирзы.

— Правильно, — поддержал его Соловей.

— Верно говоришь, — Крытому понравилось предложение Тягуна, — если удастся поставить крест на самозваном воре, то это убережет нас от войны, сэкономит лавэ, а главное — людские жизни. Предлагаю выделить сто штук зелени.

По-видимому, никто не ожидал услышать такую цифру, и, может быть, поэтому наступившая тишина казалась особенно гнетущей. В этот миг заговорил Никитин:

— Какая награда, о чем вы толкуете? — взгляд его стал твердым. — Я не ради воздуха, — он умышленно назвал деньги пренебрежительным словом, затеял этот цирк, а чтобы помочь вам.

— Прости, друг, но мы не дешевые барыги, — грубо сказал Крытый, — не мне тебе рассказывать, как наживается наше нелегкое добро. И лавэ тратим не на заграничные виллы, а на нужды братвы, теряющей здоровье в лагерях и на пересылках. Ты такой же урка, как и любой из нас, поэтому мы высоко ценим твою жизнь. Я прав? — спросил он, обводя взглядом присутствующих. — Нам подачки не нужны, мы не биксы голимые, которые не могут за себя ответить, поэтому если отказываешься от денег, то мы скажем тебе спасибо и останемся друзьями, а свои проблемы будем решать сами.

Сергей смутился, не зная что сказать, — и тут ему на помощь пришел Корин.

Откашлявшись, Доктор начал:

— Колек, не наседай на него, у пацана босяцкая душа. Уверен, что он не хотел никого обижать, а только из понятий чести отказался от лавэ. Коля правильно все объяснил, надеюсь, что и Писарь все понял, — Василий Григорьевич многозначительно посмотрел на Сергея.

— Ну да… — кивнул Никитин.