Читаем Буря полностью

Этот рев прогудел в воздухе — словно тысячи громов грянули — еще раз безумных хохот завизжал, но тут же все замолкло — тихо-тихо стало; так что, если бы закрыть глаза, и зажать нос, можно было подумать, что ничего и не изменялось, на этих веками спокойных долинах. Кто-то из бесов составлявших трон, взвизгнул негромко, но так, что все стоявшие возле шатра его слышали:

— Говори же, о великий Вэлломир — Тебя все внимательно слушают… Ты хотел владеть войском — теперь оно за твоей спиною — целое войско безумцев готовых пожертвовать ради тебя жизнью.

— Да! — вскрикнул Вэлломир; попытался придать своему голосу величие, однако — так это неискренне вышло, что могло бы и улыбку вызвать, если бы в иной обстановке происходило. — Я хотел сказать… Я давно уже хотел сказать…

Все это время Альфонсо пронзительно вглядывался в лики составлявшие трон, теперь сделал к ним несколько шагов, проговорил:

— Так это же Вэллас! Вэллас — ты слышишь меня?!

Десятки заполненных гноем глаз устремились на него, десятки ртов раскрылись, заговорили с укором:

— Да кто ты такой, чтобы прерывать речь его? Ежели он рассвирепеет — объявит вам войну, и она будет очень скоротечной, так как наше войско раздавит ваш, как грязь! — и они плеснули на Альфонсо грязью. — Так что вы уж не перебивайте его! Вы уж не лезьте со своими глупыми возгласами!

Однако, Альфонсо не унимался: он бросился к этим рукам, ногам, частям тел — цеплялся за них, карабкался вверх к Вэлломиру, а руки дергали его, ноги толкали, головы впивались зубами — он не чувствовал боли, все забирался к своему брату, и вот, все-таки, оказался перед ним: по прежнему сидящему на троне, все пытающемуся проговорить что-нибудь возвышенное, но только стонущему, только дико озирающемуся по сторонам.

Альфонсо схватил его за руки, и, пристально в глаза его лихорадочные вглядываясь, спрашивал:

— Что ты со свои братом сделал?! Ведь — это же все Вэлласы — ведь… Это все ворон черный тебе насоветовал?!

— Да, да, да! — несколько раз вскрикнул Вэлломир, и взглянул на него с ненавистью. — Это ты во всем виноват! Ты… Ты вечно рвался вперед меня! Ты захватил власть над войском Гил-Гэлада, но теперь справедливость торжествует — теперь я…

— Что ты с Вэлласом сделал?! Брат мой — разве же мало нам безумия?! Теперь то и еще добавилось…

— Скажи и мы раздерем наглеца в клочья… Скажи и мы раздерем наглеца в клочья… — в завораживающем ритме, бесконечно повторяясь, грянули со всех сторон голоса бесов.

— Да, да — рвите его! — выкрикнул Вэлломир. — То же и с каждым будет! Теперь у меня сила! Рвите его, а все остальные пусть смотрят, и знают, что тоже самое и с ними станется! Рвите же, не жалейте!..

Он только еще начал вопить, а в Альфонсо уже вцепилось множество цепких костлявых рук, до крови сжимая, оторвали его от Вэлломира, и поволокли в свои глубины, где разорвали бы… впрочем — не разорвали бы в любом случае — к иному, а не к тому, чтобы так просто быть разодранным вел Альфонсо рок. В этот раз вмешался Гвар, который все это время был поблизости от шатра (вообще, все эти дни он не отходил от своего хозяина, хоть тот и не замечал пса. Гвар преданно, сильно его любил — любил, несмотря на все недостатки; несмотря на то, что Альфонсо часто попросту забывал про его существование — он знал и иного Альфонсо; знал какой он необычайный человек, гордился тем, что был у него в услужении; страдал вместе с ним — и, чувствуя рок, был мрачен — в любое мгновенье готов был пожертвовать жизнью). Вот и теперь пес, видя, что грозит его хозяину, в одном могучем прыжке, пролетел несколько метров, вцепился громадными своими клыками в одну из вцепившихся в него рук — затрещала кость; он тут же в другую вцепился. И пса принялись драть, полетела окровавленная шерсть, а он все продолжал грызть руки. Вэлломир, не понимая, что происходит, выговаривал громко (но за иными криками совсем не слышно):

— Такое будет с каждым, кто против меня выступит!..

Между тем стали закрываться створки в этих часах, и Альфонсо, несмотря на все старания Гвара, мог остаться погребенным внутри. Бесы вразнобой, голосами и тонкими, и басистыми, возвестили:

— Посольство было провалено по вине слабой стороны; теперь, из-за выходки пса, сильная сторона объявляет войну, и, в течении ближайших минут, наглецы будут раздавлены; выжившие — обращены в рабство. Можете готовится к обороне, хотя, конечно же — это ничем вам не поможет.

В следующие несколько мгновений — Гвару и Альфонсо совместными усилиями все-таки удалось вырваться, а «посольство» уже и не пыталось их схватить — медленно стало отползать оно, по растревоженному лагерю — и тысячи эльфов и людей уже готовились к битве: проверяли оружие, строились в боевые порядки, говорили волнующие речи, даже и прощались друг с другом.

* * *