Читаем Буря полностью

Мысль о том, что у меня будут связаны руки, нервировала меня, но не так сильно, как то, что я буду заперта здесь. Скрепя сердцем, я сделала, как он велел. Он застегнул наручники на моих запястьях. Они выглядели как обычные наручники, но я почувствовала в них ту же колдовскую магию, как только они коснулись моей кожи.

— Отойдите, — приказал охранник.

Я повиновалась, и он воспользовался серебряным брелоком, чтобы отпереть дверь. Он придержал дверь открытой и жестом велел мне покинуть камеру.

Я вышла в длинный коридор, по обеим сторонам которого были расположены камеры. Охранники провели меня по коридору мимо такого количества демонов, что у меня закружилась голова. Помимо гулаков и ранк-демонов, там были врилл, мокс, фемал-демоны и другие. В последних трёх камерах находились инкуб и два вампира. Вампиры обнажили на нас клыки, но остались в глубине своих камер. Каждый демон в камерах носил одинаковый чёрный ошейник.

Один из охранников с помощью брелока отпер тяжёлую дверь в конце коридора, и мы вошли в небольшую комнату с тремя другими дверями. Мы направились в ту, что справа, которая вела к другому длинному ряду камер. В первых двух клетках содержались пумы, и при виде их у меня перехватило дыхание. Это были те двое подростков из орегонского прайда?

После пум-оборотней были два серых безволосых существа, похожих на шимпанзе. Я вспомнила рассказ отца о Нексовире, содержащем гормон из поджелудочной железы Сати. Если у меня и были какие-то сомнения относительно того, где я нахожусь, они исчезли.

Мои шаги сбились, когда мы достигли следующей камеры, и я увидела внутри золотоволосого оборотня. Разве оборотень из Монтаны не был коричневым? Если да, то откуда был этот? На обеих передних лапах были выбритые участки кожи, и на нём был чёрный металлический ошейник. Он был похож на ошейники, которые носили демоны, только шире. Я посмотрела в его тусклые глаза и увидела волка, который был полностью сломлен.

Слёзы застилали мне глаза, пока охранники проталкивали меня мимо оборотня. Я мельком увидела камеру напротив его камеры. В ней находился спящий чёрный оборотень с проседью на морде. На нём был такой же металлический ошейник, а на бедре у него была выбритая полоса, на которой виднелся свежий шрам. Мы не слышали о том, чтобы забрали взрослого волка, так что он, должно быть, был волком-одиночкой.

Когда я увидела рыжего оборотня в камере напротив, крик сорвался с моих губ. Я вырвалась из рук охранников и прижала ладони к барьеру.

— Саммер? — позвала я волка, свернувшегося калачиком в углу, отвернувшись от нас.

Оборотень не шелохнулась. Мне не нужно было видеть её лицо, чтобы понять, что это была Саммер, и я застучала в барьер, выкрикивая её имя. Я сопротивлялась охранникам, когда они принялись оттаскивать меня, но они втолкнули меня в другую дверь. Мне нужно было вернуться к ней и найти способ вытащить её из этого места.

Я едва осознавала, что мы входим в лифт, пока он не начал подниматься. Я посмотрела на панель с кнопками и с удивлением увидела, что этажи расположены в порядке убывания. Мы покинули четвёртый уровень и поднимались на второй. Это могло означать только одно — мы были под землёй.

Лифт остановился, и двери открылись в огромную лабораторию, разделённую стеклянными перегородками на лаборатории поменьше. Лаборатория была как улей, и куда бы я ни посмотрела, везде были люди в белых халатах. Никто из них не обращал на нас никакого внимания, пока охранники вели меня по лабиринту лабораторий.

Я не могла разглядеть, над чем работали люди, пока мы не прошли мимо лаборатории, где группа учёных стояла вокруг хирургического стола. Один из учёных пошевелился, и я с ужасом увидела Сати, привязанного к столу. Изо рта у него торчали трубки, и он, казалось, был без сознания, когда ему проводили какую-то хирургическую процедуру.

Я представила себе Саммер, привязанную к такому столу, и поняла, что значит, когда твоя кровь вскипает. Магия жгла меня изнутри, но я никак не могла высвободить её. Она не реагировала на людей-охранников, а я была недостаточно сильна, чтобы управлять небольшим количеством влаги в лаборатории с регулируемой влажностью. Я никогда не чувствовала себя более беспомощной.

Мы остановились у ещё одной двери. Один из охранников что-то сказал по рации, и после короткой паузы он открыл дверь и провёл меня в большой кабинет. Помещение резко отличалось от того, что я видела в этом холодном, стерильном месте до сих пор. Кабинет был оформлен в тёплых тонах и обставлен мебелью из полированного дуба. Перед письменным столом стояли два мягких кожаных кресла, а в отдельной зоне отдыха — коричневый кожаный диван и журнальный столик. Стены украшали пейзажи в рамках, а под столом лежал большой восточный ковёр. Вместо окна на массивном экране позади письменного стола был изображен тропический пляжный пейзаж.

Охранники приказали мне сесть в одно из кресел и заковали мои ноги в кандалы. Затем они ушли, закрыв за собой дверь.