Читаем Бунт полностью

– Держитесь! – завыл пес изо всех сил. – Вскоре кончатся ваши невзгоды! И запомните, что все наши несчастья – от человеческой подлости. Это люди утопили нас в туманах, это они заслонили нам солнце, это они морят нас голодом и обжигают холодом. Они мстят нам. Они хотят нас сломить и заставить вернуться. Хотят нас поработить и муками голода и ночи загнать под кнут и ярмо. В любую минуту они могут появиться среди нас, дабы искушать слабых и сомневающихся. Смерть коварным тиранам! Они будут соблазнять вас пропитанием и добротой. Не верьте этим гнусным гадам – они будут пить из вас кровь, как пили раньше. За жалкую пищу вновь превратят вас в рабов. Не давайтесь! Закончилось их господство. Держитесь! Не продавайте свободу, купленную кровью! Вы выстоите – и вновь вашими будут полные амбары и стога, все поля и луга! И солнце будет ваше, и тепло, и освежающие источники. У вас будет и приятная тень, и спасение от непогоды, и мягкие подстилки! И никакого принуждения, никакой трудовой и кровной дани, никаких долгов, даже долга благодарности. Товарищи, друзья, братья, я свидетельствую со всей уверенностью: приближаются дни бесконечного блаженства. Я уже вижу их, уже чувствую их, они уже за этими туманами. Вы видите то бледное зарево там, на востоке, – это священные гонцы близкого дня возглашают рассветную пору… – выл Рекс со львиной силой, и отвечал ему рев, подобный радостному весеннему грому. Затем они стали укладываться на отдых, голодные, но полные доверия и надежды.

– Набрехал ты, как жидовская шавка, – проворчал Хромой, укладываясь рядом с псом. – Для этого быдла сойдет, но я требую правды. Я должен знать! Признаюсь, обжираемся мы сейчас неплохо. Некоторые из наших брюхо себе отпустили. Но мне тут все уже опротивело… Я должен думать о себе. Ваш бунт может для нас плохо кончиться. Я и обглоданной кости не дам за то, что вы завтра не повернете назад. Вы не можете жить на свободе. Люди будут встречать вас самыми лучшими кормами, а нас – пулями. А если это тупое быдло, доведенное голодом до безумия, возьмет своих вождей на рога и копыта! Не люблю давки! Это слишком большой позор, если сын моего отца будет растерзан этими рылами! Очень многое нас разделяет. Мы веками были свободными и свободными останемся. А вам тяжело без кнута, хлева, цепи и полной миски. Во имя чего ты поднял стада на бунт? Чтобы они жрали, вылеживались, плодились, жили без забот и подыхали от обжорства. Такие идеалы не для нас! Наша стихия – борьба, хитрость, победа и свободная игра жизни! Даже смерти мы не сдаемся добровольно, – говорил Хромой с удивительной откровенностью. – Это правда, что день скоро вернется? – неожиданно спросил он.

– Вернется, – клацал зубами Рекс, взволнованный волчьей искренностью. – Эту новость принесли журавли.

– Мне ничего не известно о вашей встрече.

– Ты следишь за мной, вшивый мешок! – яростно взвился пес.

– Дозорные отправились за тобой как обычно. Ты этого не запрещал. – Волк немного отодвинулся.

– Не нужна мне ваша забота! Среди друзей мне ничего не угрожает.

– Это правда, но все же копыто брата, рога друга, верное рыло могут невзначай задеть твои бока, такое ведь бывает и меж друзьями, – в голосе Хромого прозвучала издевка.

– Они преданы мне. Ведь я их вывел из дома неволи. Я – их вождь и брат.

– И именно поэтому безопаснее будет держаться от них на некотором расстоянии! И они не должны об этом знать!

– Ты не понимаешь нашей связи. Ты признаешь лишь насилие и убийство! И разбойничьи штучки…

– Я не люблю, когда пустой лай выдают за мудрые речи. Ты считаешь себя самым умным. Ты получал от людей побои, но не получил от них разума. Ты отравлен гордыней. Никогда ты не будешь свободным и не поймешь, что значит свобода. Что у тебя общего со стадом? Ненависть к общим хозяевам – и вместо того, чтобы схватить их за горло, напиться их крови и клыками вершить свою месть, ты поднял на бунт против них этот покорный сброд и сам оказался на службе у тупого быдла! Ты оскотинился, пес! А если у тебя нет никаких скрытых целей, лишь их счастье и благо, то ты в сотни раз глупее, если думаешь, что из них получится создать свободный народ. А может, ты почуял власть? Не понимаю, что за счастье управлять баранами! Короче: зачем существуют все эти рога, копыта, рыла и как это там называется? Чтобы нам было что есть. Мы – по-настоящему свободные, единственные хозяева и повелители лесов и полей! Лишь человек сильнее нас, но ты и этого уже не понимаешь…

– Почему ты пошел с нами? – услышал волк упрек Рекса.

– Потому что люблю тебя, мой собачий брат. К тому же я хотел поменять обстановку, компанию и проветрить свою шкуру. Но мне уже наскучило это общество. Неизлечимые хамы, и притом настолько тупые, что даже не вызывают сочувствия. Свежее мясо – и ничего больше. Потому здесь гаснет любой умственный интерес. – Хромой намеренно провоцировал пса.

– Ты обещал мне подчиняться, – твердо напомнил Рекс. – Ты мне нужен.

– Для того чтобы понукать ленивых и вызывать рабский страх перед властью. Мы служим тебе верно.

– Думаю, овцам было бы что об этом рассказать…

Перейти на страницу:

Похожие книги

К востоку от Эдема
К востоку от Эдема

Шедевр «позднего» Джона Стейнбека. «Все, что я написал ранее, в известном смысле было лишь подготовкой к созданию этого романа», – говорил писатель о своем произведении.Роман, который вызвал бурю возмущения консервативно настроенных критиков, надолго занял первое место среди национальных бестселлеров и лег в основу классического фильма с Джеймсом Дином в главной роли.Семейная сага…История страстной любви и ненависти, доверия и предательства, ошибок и преступлений…Но прежде всего – история двух сыновей калифорнийца Адама Траска, своеобразных Каина и Авеля. Каждый из них ищет себя в этом мире, но как же разнятся дороги, которые они выбирают…«Ты можешь» – эти слова из библейского апокрифа становятся своеобразным символом романа.Ты можешь – творить зло или добро, стать жертвой или безжалостным хищником.

Джон Эрнст Стейнбек , О. Сорока , Джон Стейнбек

Проза / Зарубежная классическая проза / Классическая проза / Зарубежная классика / Классическая литература
Старомодная девушка
Старомодная девушка

Луиза Олкотт (1832—1888), плодовитая американская писательница, прославилась во всем мире повестью «Маленькие женщины». В своих романтических, легких произведениях она всегда затрагивает тему становления личности, женского воспитания, выбора жизненного пути. Ее образы до сих пор являют собой эталон хорошего вкуса и рассудительности, поэтому книги Олкотт смело можно рекомендовать для чтения юной девушке, которая мечтает счастливо и разумно устроить свою жизнь.Полли Мильтон выросла в маленьком провинциальном местечке в очень хорошей, хотя и не слишком богатой семье. Она от природы наделена умом, добротой и благородством, любящие родители мудро воспитали в ней трудолюбие и здравомыслие. Однажды она приезжает в город, в гости к своей подруге Фанни Шоу и в ее доме сталкивается с иным укладом жизни. Ей придется испытать на прочность традиционные правила, принятые в ее родном доме.Для старшего школьного возраста.

Луиза Мэй Олкотт

Зарубежная классическая проза / Прочее / Зарубежная классика
Сибилла
Сибилла

Роман «Сибилла, или Две нации» увидел свет в 1845 году. Это был зрелый труд уже состоявшегося автора: злободневный, острый, интересный; в литературной среде он выстрелил подобно фейерверку и быстро стал достоянием английского читателя. Книга не утратила популярность и тогда, когда социально-политическая напряженность в Англии начала спадать и наступила эпоха викторианского благоденствия. Роман был переведен на европейские языки. В России же «Сибиллой» интересовались в основном историки, литературоведы и биографы Дизраэли.Издание снабжено богатым изобразительным рядом, включающим не только иллюстрации к роману, но и множество гравюр, рисунков и проч., дающих панорамное представление как о самом авторе, так и о его времени. В частности, воспроизводятся гравюры из знаменитого альбома Г. Доре «Лондон. Паломничество».

Роуз Уэйверли , Эшли Энн Дьюал , Уильям Мейкпис Теккерей , Бенджамин Дизраэли

Зарубежная классическая проза / Классическая проза / Мистика