– Знаешь что? Ты права.

– Что?

– Ему нужны деньги. Мне нужна виза. – Она смотрит на меня, словно бросает вызов: ну, будешь со мной спорить?

– Проклятье. – Этого я не ожидала. Я полностью выбита из колеи.

– Мы с ним ладим, так почему бы и нет?

Я смотрю на нее и понимаю, что никогда не видела, как они целуются или физически как-то демонстрируют симпатию друг к другу, у них будто платонические отношения.

– Вы вообще… вместе?

– Что означает эта фраза?

Я заставляю себя спросить прямо:

– Ты спишь с ним?

– Конечно. – Микки краснеет. Мы с ней никогда не говорим о таких вещах. И это смешно, потому что я постоянно говорю о сексе с коллегами по работе.

– Ты его любишь? – спрашиваю я.

Она колеблется.

– Нет. Но я люблю это место.

Ей будто промыли мозги.

– Я вижу привлекательность этого пляжа. Да, здорово кататься по пустым волнам, но вы нарушаете закон. Ты понимаешь, какие могут быть последствия? А что, если на вас донесут в соответствующие органы?

Микки вздергивает подбородок.

– Можно и рискнуть. Оно того стоит.

Она сейчас рядом со мной, я могу коснуться ее рукой, но создается ощущение, что нас разделяют десять тысяч миль.

Океан вздымается и опускается, словно грудь спящего человека.

– Они все – иностранцы с просроченной визой? – интересуюсь я. – Райан, Клемент, Виктор?

Микки удивленно смотрит на меня.

– Что?

– Я знаю, что у Райана просрочена виза. Он сам мне об этом сказал.

– Только у него. Клемент с Виктором находятся в стране на законных основаниях.

Я скептически смотрю на нее.

– Клемент женился на австралийке. Виктор приехал по спортивной визе, но после несчастного случая переключился на визу инвестора. Он из богатой семьи.

– Ты разве не можешь получить визу инвестора?

Она смеется.

– Нужно гораздо больше денег, чем у меня.

– Ты знакома с Джеком меньше года. Слишком быстро вы решили пожениться. Хотя бы подожди немного.

– Не могу. Моя виза истекает через две недели. Я приехала по рабочей визе, которая позволяет иностранцам жить и работать в Австралии определенный период времени[47]. Если я не выйду за него замуж, мне придется уехать из страны. – Микки широким жестом обводит окружающую нас природу. – Это мое самое любимое место на Земле. Я сделаю все что угодно, только бы остаться здесь.

«Все что угодно». Слова эхом повторяются у меня в сознании. Значит, держит ее здесь не Джек, как я думала изначально. Это сам Залив.

– Пойдем назад? – спрашивает Микки.

Мы идем по пляжу, и я смотрю на постоянно меняющиеся оттенки голубого. Когда ярко светит солнце, а блестящая вода легко плещется о золотистый песок, Бухта Скорби кажется тропическим раем, где не может произойти ничего плохого. Но сделаешь несколько шагов, углубляясь под деревья, и воздух становился прохладным. Иногда холодок пробегает по коже. И у меня есть сильное ощущение: то, что происходит под этими деревьями, там и остается. А подлесок кажется таким густым, что может спрятать тайны любого рода.

<p>Глава 32</p>

Кенна

Во второй половине дня, ближе к вечеру, из-под деревьев появляется Скай в белом бикини, на плече у нее лежит ружье для подводной охоты. Выглядит как девушка Бонда.

– Кого-нибудь поймала? – кричит Клемент.

– Подойди и посмотри! – кричит она в ответ.

У нее в ведре плещутся три большие рыбины, бьются о стенки. Клемент хлопает открытой ладонью по ее открытой ладони и забирает у нее ведро. Он сегодня дежурит на кухне.

Я присоединяюсь к нему у барбекю.

– Спасибо за помощь. За то, что ты сделал.

– Не за что. – Он наклоняется к газовому баллону, что-то там крутит.

– Что мне сделать?

– Ничего.

Он выкладывает рыбину на разделочную доску и вспарывает ей живот, смотрит очень сосредоточенно, очень точно и умело работает ножом.

На другой стороне поляны смеется Микки, поливая Виктора аэрозолем от насекомых. И я снова обращаю внимание на то, как хорошо Микки вписывается в эту компанию. У нее есть опыт, в конце-то концов, Австралия – четвертая страна, в которой она живет.

Она подходит ко мне с баллоном аэрозоля.

– Побрызгай на себя немного.

– Спасибо. – Я забираю у нее баллончик и вижу царапину, фактически борозду, у нее на запястье – там, где татуировка. – Черт побери, что случилось?

Микки бросает на нее беглый взгляд.

– Наверное, на камнях поцарапалась.

Я поливаю себя аэрозолем. Кожу жжет, я немного обгорела на солнце, а на душе больно от того, что об инициации меня предупредил Клемент, а не она. Микки глубоко увязла с этой публикой. Она сохраняет верность им, а не мне. Надо надеяться, что теперь это изменится, раз я стала одной из них.

– Тебя побрызгать? – спрашивает Микки у Клемента.

– Да, спасибо, – отвечает он и тянет руку за второй рыбиной.

Забавно, что он принимает ее, но не меня. Я смотрю, как она брызгает аэрозолем на его широкие плечи.

– И на ноги. А то они вечно кусают меня за ноги, – говорит он.

Микки хихикает и наклоняется.

– Они такие сочные.

Я решила бы, что она с ним флиртует, если бы не видела, как она проделывала то же самое с Виктором.