Микки достает телефон. Я вспоминаю пропавших туристов и достаю свой телефон. Появляется много разных статей. Я кликаю по первой. «Восемь пропавший туристов, включая…» Я просматриваю фотографии. Большинство пропавших – женщины. Двое мужчин очень сильно отличаются друг от друга: один в гидрокостюме, светлые волосы прилипли к лицу с обеих сторон; второй – в деловом костюме с галстуком, весь такой чистенький и аккуратненький и совсем не похож на туриста, который путешествует с рюкзаком. Они разных национальностей: американцы, шведы, ирландцы… У пары в руках доски для серфинга. Кофе на меня никак не подействовал. Я отключаюсь, хотя прилагаю все силы, чтобы не заснуть.

– Сегодня волны от трех до четырех футов, – сообщает Микки. – Завтра будут меньше.

– Проклятье! – ругается Джек.

Я держусь за сиденье, когда он делает поворот.

Мы проезжаем мимо таблички «Добро пожаловать в Национальный парк Скорби». Теперь мы едем по одноколейной грунтовой дороге. Между деревьев я замечаю темную воду. Как я догадываюсь, это Акулий ручей, только выглядит он как полноводная река.

Еще одна табличка – «Дорога может быть затоплена».

– Что там с ветром? – спрашивает Джек.

Микки смотрит в телефон.

– Южный по утрам, во второй половине во все дни переходит в северный.

Зевая, я кликаю по еще одной статье. Еще одна туристка, путешествующая с рюкзаком, которую в последний раз видели на Бонди-бич, как Элке. С другой стороны, вероятно, большинство туристов заходят на Бонди-бич.

– Давай побыстрее, – говорит Джек, увидев, что я что-то читаю в телефоне. – Связь исчезнет через минуты.

– Ты серьезно? – спрашиваю я.

– Здесь никого нет. Никого, кроме нас, – отвечает Джек.

Я начинаю сожалеть о том, что согласилась поехать.

– Нет интернета, нет телефонной связи вообще? Проклятье!

Статья не грузится. Да, сигнала нет. Обычно я все время остаюсь на связи. Клиенты записываются ко мне на сайте. Я оставила там сообщение, что меня не будет весь месяц, но если кто-то из моих постоянных пациентов получит травму, они, вероятно, все равно напишут мне сообщение. А если я захочу уехать? Как без телефона вызвать такси, «Убер» или машину любой другой фирмы? Я полностью завишу от парня, которого я едва знаю.

Но у меня такие тяжелые веки, что мне физически больно держать глаза открытыми. Я больше не могу бороться с разницей во времени. В нише для ног лежит черная куртка с капюшоном. Я беру ее, складываю так, чтобы получилось подобие подушки, подкладываю под голову у окна и закрываю глаза. Погружаясь в сон, я слышу голос Микки.

– Она спит, – говорит она обвиняющим тоном. – Ты ей…

– Нет! – отвечает Джек. – Конечно, нет. Она же твоя подруга!

В голове у меня туман, где-то на задворках сознания возникает вопрос: о чем же они говорят? Но я слишком устала, чтобы меня это волновало.

<p>Глава 6</p>

Кенна

Мои глаза открываются, когда меня резко кидает вперед. Машина останавливается. Навес из листьев скрывает небо, погружая дорогу в тень – если это вообще можно назвать дорогой. Просто земля и гравий.

Дорога впереди перегорожена, на заграждении табличка: «Опасно! Оползни. Дорога закрыта».

Микки открывает дверцу машины, спрыгивает на землю и отодвигает заграждение в сторону. Джек едет дальше, гравий хрустит под колесами. Меня охватывает паника; теперь я полностью проснулась, выворачиваю шею, чтобы посмотреть, где Микки. Джек снова давит на тормоз, и Микки залезает в салон. Позади нас ограждение снова установлено на место. Джек едет дальше по грунтовой дороге.

Я смотрю вперед сквозь ветровое стекло, машина все время подпрыгивает.

– Но там же было написано, что дорога закрыта.

– Не беспокойся по этому поводу. – Джек едет дальше, минуты тянутся долго, вся дорога в выбоинах и колдобинах.

Когда мы попадаем в глубокую выбоину, из-под днища слышится скрежет. Я хватаюсь за сиденье, опасаясь, что шина будет пробита, – и что тогда? Я проверяю телефон. Сигнала так и нет, значит, мы не сможем вызвать эвакуатор.

Кажется, деревья тянутся вечно, причем во всех направлениях, есть голые и почерневшие местами стволы, но из них пробиваются смелые новые зеленые ветки. За углом вода течет по дороге: там водосливная преграда. Джек проезжает по воде, не снижая скорости, разбрызгивая ее во все стороны, часть летит мимо окон. Теперь я немного боюсь. Я не знала, что место такое удаленное и уединенное.

– У меня нет спального мешка, – говорю я.

– У нас есть запасной, – объявляет Микки.

– Я не взяла с собой солнцезащитный крем.

– Можешь взять мой. – Она бросает на меня взгляд через плечо. – Раньше ты не была такой паникершей, тебя никакие сомнения не терзали. Хотя я вела себя точно так же, когда в первый раз приехала сюда. Но тебе здесь будет хорошо.

Джек резко давит на тормоз.

– Что? – спрашивает Микки.

Он показывает на длинный темный предмет, перегораживающий путь. Палка. Нет, змея.

Джек заводит мотор, но змея не реагирует на его рев, даже не двигается.

– Проклятье.

– Просто поезжай по ней, – предлагает Микки.

– Я не хочу ее давить. – Джек часто дышит, костяшки пальцев на руле побелели.

– Ты хочешь, чтобы я… – открывает рот Микки.