— Взаимоисключающие знания могут сосуществовать в разуме человека в суперпозиции. Роль наблюдателя же отведена внешнему миру, то есть «Альфе». Так как «Альфа» — искусственный интеллект, он всегда будет выбирать более логичную последовательность. По сути, это внутренняя борьба человека с самим собой, только переведенная на язык формул и работающая по законам квантовой механики. Тульпы же должны были стать поисковыми системами, а не секретарями.

Для мышления речевой язык не подходит — это мне всегда было понятно. Нужно было что-то иное, оптимизированное под мозг, а не под язык. Вот оно, мое открытие. Открытие, которым можно было спасти человечество.

В памяти внезапно всплывает речь из какого-то доклада об информационных технологиях далекого прошлого.

«Поисковая система не должна искать по каким-либо параметрам, ключевым словам, тэгам и прочему подобному. Этот метод устарел. Поисковая система будущего обязана различать информацию как человек. То есть быть осознанной».

«Они не люди», — вспоминаю собственные слова и понимаю, что речь как раз о тульпах. Информационной форме жизни, которую мы сами же и породили. Вспоминаю и кто такой Н. Один из так называемых борцов за когнитивную свободу. В том числе и за права тульп. Зараза!

— Моя тульпа что-то изменила? — спрашиваю я, чувствуя, как мое лицо покрывается потом.

— Совсем немного. Поменяла вас местами. Человек в роли поисковой системы, информационная форма жизни в роли конечного пользователя, обладающего квантовым языком мышления.

Немного психических практик, парочка имплантов — и у нас есть помощник, который помогает найти хоть какой-то путь в перенасыщенном информацией мире. А сейчас, когда они не просто копируют человека, а больше адаптированы к среде — мы обречены на судьбу питекантропов.

Чтоб тебя!

— Прекратить передачу!

— Поздно.

Я это понимаю. Теперь я даже не форма жизни, а лишь орудие. Поисковая система, обладающая сознанием. У меня ведь получилось найти это место и выполнить функцию. Без каких-либо ориентиров. Кто-то просто дал мне запрос и процесс запустился. Гугл современности, мать его! Обладающий сознанием и интуицией Гугл! Набор маркеров — таких, как моя смерть, храм истины, статуя — и поисковик находит путь к цели.

Вижу, как ко мне бегут двое людей, которые знали, на что я обрекаю человечество, и попытались помешать. Вижу Эббот. Свою тульпу. Знаю, что внешне она копирует меня, но не состоит из плоти и крови. Всего лишь информация, которая теперь существо номер один на Земле, а я — его интерфейс взаимодействия с миром.

Не просто полуразумный склад информации, а мыслящее и свободное существо.

Перед глазами что-то вспыхивает. Понимаю, что кто-то выстрелил. Падаю на пол, не чувствуя боли. Почему? Может, потому, что уже не являюсь человеком? Слышу странный шум. Впрочем, я и не против смерти. Жить с подобным будет неимоверно трудно. Может, вместе со мной умрет и Эббот. Тульпа все-таки пока что завязана на мою мозговую деятельность. А может, уже нашла способ это обойти.

Вижу над собой чьи-то лица, слышу чьи-то голоса. Замечаю свою тульпу, заодно понимая, как выгляжу я. Эббот о чем-то с ними говорит. Вопрос лишь как?

Не знаю. Ведь раньше тульпу ощущал только сам хозяин. Но благодаря квантовому языку эта особь, похоже, нашла способ явить себя миру.

Чувствую, что проваливаюсь во мрак. Не представляю, кем проснусь, где проснусь, проснусь ли вообще.

Последнее, о чем думаю, прежде чем сознание меня покидает: «Может, они будут лучше нас?»

Маргарита Седяева

Ярва

Ядовито-багряные лучи солнца плели паутину по другую сторону горизонта, неумолимо приближаясь к истоку нового дня. Долгий выдох, приглушенный удар сердца, одно мгновение. Ярва открыла глаза в момент, когда равнодушная звезда лишь слегка обозначила небосклон. В воздухе клубился холод так же, как и пар собирается над водоемами во время зенита. Одна лишь мысль о необходимости отбросить старую меховую шкуру и окунуться в ледяной воздух вызывала судороги в ногах и покалывание в пальцах, но каждая упущенная секунда сводила на нет надежду добраться до стаи до полудня и дать шанс двум птенцам появиться на свет из яиц, найденных вчера. Очень малый шанс. Слабая надежда.

Последняя пандемия уничтожила почти всех птиц. Выжившие гнездились около людских стай, где намного легче было найти еду и укрыться от бурь ледяных ночей. А люди, в свою очередь, были благодарны пернатым за спасение от насекомых и знали цену каждому яйцу. Два светло-голубых шершавых на ощупь яйца были дороже жизни Ярвы и любого из ее стаи.