Читаем Буденный полностью

— Правильно! — одобрил Калинин. — Я не сомневаюсь в том, что бойцы-буденновцы не уступят врагу победу. Владимир Ильич Ленин просил меня передать вам: народ, наша партия большевиков надеются на бойцов Красной Армии, что они сумеют постоять за Республику Советов. Уже недалек тот день, когда на советской земле наступит мир. А мир нам очень нужен, товарищи. Везде разруха, голод, нет топлива, керосина и даже спичек. И все же, — продолжал Михаил Иванович, — наши рабочие и революционные крестьяне полны решимости отстоять свою власть Советов. Именно свою… Мы много слышали о боевых подвигах конного корпуса и вот с Григорием Ивановичем приехали к вам, чтобы еще раз убедиться в этом.

— Спасибо, что приехали к нам, — сказал Буденный. — Только вот помощь нам нужна…

— Что вас беспокоит?

— Есть одно важное дело, товарищ Председатель ВЦИК, — сказал Буденный, садясь за стол.

И он изложил Калинину план создания Конной армии, а также сообщил о том, что две недели назад, 25 октября, он доложил о своем замысле в Реввоенсовет Южного фронта и лично председателю Реввоенсовета республики Троцкому, но тот идею создания Конной армии не поддержал.

— Значит, Конная армия? — задумчиво сказал Калинин. — Интересно, весьма интересно!..

— Пора нам наконец создать свою массовую кавалерию. Нам нужны не мелкие кавалерийские части, наносящие противнику булавочные уколы, а крупные конные соединения, которые могли бы решать судьбу любой операции. Я вас очень прошу доложить об этом Владимиру Ильичу.

Калинина заинтересовала эта идея, и он обещал поддержку. В честь взятия Воронежа Буденный сфотографировался. Во время беседы у него мелькнула мысль — а что, если подарить свою фотокарточку Ленину? Мигом достал ее из сумки и подписал. Протянул фотокарточку Калинину и попросил передать Ленину. Сказал это, а сам подумал — а не рассердится ли Владимир Ильич? Но Калинин успокоил его:

— Я уже рассказывал о вас Ленину. Говорит, очень интересная фигура Буденный. Это настоящий красный командир.

(Просьбу Буденного Калинин выполнил. И сейчас в комнате Ленина в Кремле на письменном столе лежит небольшая, пожелтевшая от времени фотокарточка. Это та самая карточка… На обороте надпись: «Тов. Ленину — ком. кон. корп. Буденный. 28.Х».)

— Я не сомневаюсь, что вы и ваши храбрые бойцы еще проявите себя на поле брани, — сказал Калинин. И вдруг спросил: — А как у вас дома, Семен Михайлович? Как мать, отец?

— Плохо, товарищ Калинин, — тихо сказал Буденный. — Отца убили кулаки, а брата Дениса в бою смертельно ранило. Как видите, Михаил Иванович, у меня есть еще и свой, семейный счет с белогвардейцами.

Буденный умолк.

— Я верю, что горе не сломит вас, Семен Михайлович.

— За сочувствие благодарю вас, Михаил Иванович. Мы обязательно в ближайшие дни овладеем Касторной.

Под вечер, когда на улице утихла метель, Калинин и Петровский в сопровождении усиленного взвода резервного кавдивизиона уехали в Воронеж.

4

9 ноября Буденный отдал приказ наступать. Сразу стал очевидным замысел генерала Постникова — он стягивал силы для организации круговой обороны станции Касторной. Корпус Мамонтова, пополнившись свежими силами после поражения под Воронежем, теперь сосредоточивая в городе Нижне-Девицке, а корпус Шкуро, также получивший подкрепление от генерала Сидорина, расположился в селе Бычек, неподалеку от Касторной. Об этом комкору донесла разведка, и он тут же вызвал к себе начальника штаба Погребова. Буденный решил главными силами корпуса нанести удар в направлении Суковкино. Он доложил начальнику оперативного управления штаба, что «завтра конный корпус приступает к операции по окружению и уничтожению касторненской группировки противника. Прошу вас доложить об этом Реввоенсовету фронта и при поступлении донесения о взятии Касторной уточнить дальнейшую задачу корпуса». 14 ноября началось наступление на Касторную. Буденный находился в 4-й кавдивизии вместе с Окой Городовиковым. Еще на рассвете поднялась сильная пурга, ударил мороз. Темнота и пурга позволили нашим частям на рассвете 15 ноября скрытно подойти к станции Суковкино. Белые были застигнуты врасплох. Буденный и Городовиков в сопровождении адъютантов вошли в здание оперативного пункта штаба генерала Постовского, связывающего касторненскую группу с конницей генералов Шкуро и Мамонтова. Дежурный офицер, бледный, растерянно глядел на Буденного. Потом вынул из кобуры пистолет я отдал его начдиву Городовикову. «Господа, — сказал он, — я не стреляю в большевиков». Комкор лично допросил офицера, и тот выложил ему: белых войск в Касторной пять-шесть тысяч, четыре бронепоезда, станция забита эшелонами со снарядами и патронами, они следовали в Курск, но в связи с наступлением войск Буденного были задержаны.

— Вызовите к аппарату дежурного штаба генерала Постовского, — приказал Буденный.