Читаем Буддизм полностью

И только теперь Сиддхартха постиг настоящий ужас происходящего. Он был бессилен что-либо сделать. Его невидимые руки проходили сквозь тело воина, его захваты хватали лишь воздух, и даже заслонить телом мальчишку Сиддхартха не смог: огромная мрачная фигура пронеслась сквозь него, отпечатавши в его памяти бешеный взгляд сумасшедших глаз…Он всё видел, слышал, он находился здесь – но вмешаться в бойню не мог. Это было самое страшное, что только можно было себе представить.

Топор занесён над головой ребёнка. Последний испуганный вскрик… И тут на спину воину обрушивается тяжёлое серебряное блюдо. Гигант в недоумении оборачивается, одновременно широко взмахнув топором… Молоденькая девушка, не больше пятнадцати лет от роду, выронив своё оружие, хватается за живот… Из широкой зияющей раны хлещет кровь, пальцы пытаются удержать внутри то, что уже не могут удержать рассеченные мышцы… Она медленно оседает на пол, сгибаясь от невыносимой боли, но её стон заглушает детский крик, крик ужаса. Мальчишка срывается со своего места и пытается бежать. Он уже почти у колонны, за которой можно укрыться… Из-за каменного столпа появляется ещё кто-то тёмный, и мальчик летит прямо в его руки. Короткое движение руки, и голова малыша с хрустом врезается в белый мрамор. Маленькие ножки подгибаются, короткий вскрик тут же замолкает на застывших устах, и лёгкое тело опускается на пол, уже красный от кровавых луж…

Туман рассеивается. Постепенно картина становится всё яснее, всё ужасней. Идёт настоящая бойня. Воины не сражаются. Они убивают. Сиддхартха видит, как бьется в агонии молодая танцовщица, движения её страшны и неестественны. Не сразу он понимает причину этого. И лишь спустя мгновение осознание увиденного поражает мозг: у девушки отрублены руки и ноги, её нелепо короткое, обрубленное тело извивается в луже собственной крови… Что они делают? Что они делают, эти варвары? Это страшнее любого ада! Такое повсюду. Где уже лежат мёртвые тела, там ещё не так страшно. Но на ещё живых смотреть невозможно… Сиддхартха слышит ужасный, чавкающий звук топора, рубящего живое тело, он не хочет больше этого видеть. Но не видеть это невозможно: теперь, когда у него нет тела, он видит вокруг себя всё, а кровавый туман исчез совсем… Но нет! Он вынесет и это. Он не сойдёт с ума, подобно сотням ищущих до него. Страданию не победить Человека.