Читаем Будь со мной полностью

Правда, у Джима экипировка была темно-синяя с вкраплениями желтого неона на рукавах. Сару так трясет, когда Уилл наконец вручает ей чашку, что она начинает сомневаться, сможет ли удержать ее.

— Ладно, теперь я помогу тебе раздеться. Согласна?

Она не выказывает одобрения, но он все равно это делает, ставит ее на ноги и расстегивает джинсы, стягивая их с ее голой кожи. Когда ноги Сары открываются, видно, что кожа покрыта пупырышками и синеватого цвета, с ярко-розовыми пятнами. Он нашел штаны для бега и помогает ей надеть их, а потом и носки тоже. Сара наблюдает за всем этим так, будто смотрит со стороны, словно это происходит с кем-то другим. И теперь она уставилась на макушку Уилла, пока тот стоит на коленях у ее ног, натягивая толстый подвернутый носок на кончики ее пальцев, поднимая его до икры. Он крепко, но нежно гладит ступню Сары, после чего переходит ко второй и проделывает то же самое, уделяя ей свое полное внимание.

«Он здесь, — думает она. — Если он здесь, значит, с Китти его нет. С ней должно быть все в порядке. Она в безопасности».

— Вставай, — говорит он.

Она подчиняется. Он стягивает свитер через ее голову, пока Сара, как послушная девочка, вытягивает руки вверх. Под свитером на ней жилетка и лифчик. Он нашел футболку и кофту на молнии, которую она уже сто лет не носила. Привычным движением проводит рукой по ее телу, по груди, будто всего лишь пытается выяснить, не промокла ли ткань. Когда Сара не реагирует, Уилл проделывает это снова, на сей раз медленно.

Она пытается скрестить руки на груди, но он нежно отталкивает их. Подворачивает футболку и продевает ей через голову. Сара продевает руки в рукава, а потом берет у него кофту.

— Я сама справлюсь, — говорит она.

— Конечно.

Уилл садится за кухонный стол и подносит чашку чая ко рту, делая глоток.

— Хорошо, что я здесь оказался, верно? — говорит он. — А то бы ты уже валялась в гипотермическом шоке. У тебя мог бы случиться припадок и сердечный приступ.

Фраза «гипотермический шок» звучит так, будто он сам ее придумал, желая выразиться понаучнее. Сара не хочет, чтобы он здесь оставался, ей не терпится, чтобы он ушел, но силы ее на исходе. Она осталась одна. Что ей теперь делать? Куда он пойдет? В любом случае полицейские должны ей перезвонить или подъехать проверить, если смогут. Ей всего лишь придется делать все, что будет в ее силах.

Сохранять спокойствие. «Думай». Не выводить его из себя. Пытаться не показывать свой страх.

— Не спеши, — говорит он, когда она отпивает большой глоток чая.

Чай горячий и немного обжигает рот, заставляя ее кашлять. Почему она чувствует себя такой слабой?

— Если бы только Китти мне позвонила, — произносит Сара.

— А куда она пошла?

— На прогулку, — говорит она.

Может, он все-таки ничего не знает? Может, Китти отправилась домой к друзьям, они в шутку сделали фотографию и отправили ей по ошибке?

Сара понимает: ее теория не выдерживает никакой критики. Но пока что можно продолжать притворяться.

Она заглядывает в гостиную в поисках стационарного телефона, который лежит забытый на диване.

— Я должна попробовать снова набрать ее номер. — Она, пошатываясь, встает на ноги, но он опережает ее.

— Я возьму; а ты сиди. Тебя еще немного трясет, верно?

На самом деле она чувствует себя лучше, но пусть себе думает, что ей еще слишком трудно держаться на ногах. Уилл приносит ей телефон. Он его отдает, и она замечает, что вокруг ногтей у него как будто засохла кровь. Костяшки пальцев отекли, все в царапинах. Когда она замечает это, сердце тяжело ухает в груди: это кровь Китти? Она ранена?

Он наблюдает за ней, изучая ее лицо.

Ни одного пропущенного звонка.

Сара нажимает на зеленую кнопку, чтобы позвонить, но гудка не слышно. В трубке тишина, только шорох ее собственных волос, трущихся об ухо, да ветер снаружи.

Стационарный телефон мертв.

— Ну, — говорит Уилл, — нет так нет. Мы отрезаны, верно? Остались с тобой вдвоем?

Ветер отыскивает мельчайшие прорехи в оконных рамах и воет как раненое животное. Тесс исчезла, должно быть, прячется где-нибудь под кроватью. Тесс может справиться с любой погодой, но странные звуки всегда действовали ей на нервы.

— Мы могли бы спуститься в деревню, — медленно произносит Сара. — Я уверена, что все телефонные линии не могут быть обрезаны.

Уилл смеется.

— Что, снова выходить? Зачем?

«Чтобы найти Китти», — думает Сара.

— Нет, — говорит он. — Какой смысл куда-то идти, верно? У нас есть дела и поважнее, здесь. Нам нужно поговорить.

Несмотря на сухую одежду, Сара продолжает трястись.

— Проходи сюда, ну, давай же.

Он проводит ее в гостиную, поддерживая за руку, будто ей пять или девяносто пять, доводит до дивана и укутывает одеялом, на котором иногда спит Бэйзил. Потом разжигает огонь, поддерживая пламя и подбрасывая в него несколько поленьев. Сара смотрит ему в спину, размышляя, что сейчас было бы легко что-нибудь сделать, толкнуть его или чем-то ударить, и она доходит до того, что начинает озираться вокруг в поисках чего-нибудь потяжелее, но Уилл прерывает ее размышления.