Читаем Будь со мной полностью

По виду выходит не ахти. Йен улыбается одной из тех натянутых улыбок, которые свидетельствуют о том, что ситуация становится предельно неловкой. Сара, извинившись, отправляется на поиски Софи, чтобы предупредить подругу. Она обнаруживает ее на кухне с Эйденом. Они стоят близко плечом к плечу, каждый держит по бокалу вина. По непонятной причине, Саре становится ясно, что она что-то прервала.

В тот же момент из гостиной заходит Джордж, лицо у него горит. Саре кажется — и уже не первый раз, — он на грани сердечного приступа.

— Гребаные дерьмовые мудаки, — произносит он.

— Джордж! Какого хрена!

К счастью, он все еще достаточно трезв, чтобы обернуться, перед тем как продолжать.

— Он, черт побери, только теперь рассказывает мне, что не имеет ни малейшего отношения к деньгам. Вообще. И точка.

— Я же тебе говорила, — произносит Софи.

То обстоятельство, что Софи, скорее всего, в самом деле предупреждала его и оказалась права, лишь подливает Джорджу масла в огонь. Он опускает ладони на гранитную столешницу и закипает.

«Дыши глубже, — думает Сара. — Давай же, Джордж».

— А я ему, на хрен, еще и «Марго» споил. Ублюдку.

— Ну, хватит, — заявляет Софи. Она выпила, как минимум, не меньше мужа, а это значит, желание его успокоить оттесняется стремлением еще больше подстегнуть.

— Обойдусь без твоих указаний, спасибо.

Смущенная Сара переводит взгляд на Эйдена, который разыгрывает полную серьезность. Кстати, он смотрит то на Софи, то на Джорджа и получает удовольствие от сцены: супружеская ссора во всем соку. Наверное, думает она, такого Эйден до сих пор вживую не наблюдал. Или наблюдал? Может быть, клиентки все время приглашают его на вечеринки, представляя как коллегу или говоря, что он их клиент, а не наоборот. Ему бы это понравилось, думает она.

Он считает себя прекрасным актером.

Восстановив спокойствие, через несколько секунд Софи и Джордж возвращаются в гостиную с бренди и бокалами. И она и он так и сияют.

Сара хочет пойти за ними, но Эйден ловит ее за руку.

— Подожди, — говорит он.

Она разворачивается, но не поднимает на него глаз. Она думает, что догадывается, о чем пойдет речь.

— Я понял, что ты имела в виду, когда сказала, что нам лучше быть друзьями.

«Ну вот, началось, — думает она. — Сейчас произойдет разговор. «Ты была бы не против, если бы я попробовал с Софи?» Ну, у него хотя бы хватило приличия — каким бы оно ни было — спросить у меня разрешения».

Он подходит ближе, достаточно, чтобы она почувствовала тепло, исходящее от его тела, его запах.

— Я понимаю, что ты имела в виду. Знаю, у тебя должны быть собственные причины, и я их уважаю. Но мне хотелось тебе кое-что сказать. Я не пытаюсь заставить тебя передумать. Просто должен был сказать тебе.

— Насчет чего? — спрашивает она и теперь наконец-то смотрит в его зеленые глаза и прикладывает все усилия, чтобы сохранить лицо.

— Я тебя люблю, — говорит он.

Они едут в машине назад вверх. Прошло два часа, и за это время Сара не сказала ему ни слова, вообще ничего, даже короткого «спасибо», когда он помог ей надеть пальто. Она ничего не может придумать. Все эти годы она часто мечтала, чтобы он произнес эту самую фразу. Она воображала, как эта сцена происходит во множестве мест от аэропортовского отеля до пляжа или ветренного склона, думала, как ответит и что он сделает потом, и, в большинстве фантазий, все это заканчивалось, как минимум, поцелуем. Она и представить не могла, что это случится в кухне у Софи, а тем более о том, что, когда это наконец-то произойдет, она испытает нечто вроде легкого разочарования. После всех этих лет тебе наконец предлагают то, о чем ты как будто мечтала всю свою жизнь, и все оказывается совершенно не так. Он — всего лишь тень, блик, картонная подделка мужчины, образ которого она хранила в своем сердце.

Ей как никогда хочется, чтобы Джим был еще жив, потому что, несмотря на долги, вранье, то, как он, по всей очевидности, — и это она поняла уже после его смерти — принимал важнейшие жизненные решения, не советуясь с ней, он был хотя бы «реальным».

Все, чего она по-настоящему хотела, — это напиться до отключки и сделать вид, будто ничего не произошло; но поступить так не могла, потому что должна была вести машину домой. Поэтому вместо того болтала и смеялась со всеми, кроме него, порхая от собеседника к собеседнику, пока Эйден сидел в углу с бокалом односолодового виски Джорджа и наблюдал за ней.

Заехав в сарай, она первой выходит из машины. Он уже на полпути к коттеджу, когда она окликает его.

— Эйден! — и даже тогда делает это слабее, чем можно было бы, давая ему уйти.

Злость — это потеря контроля. Со мной не может такого произойти. И тем не менее сегодня это почти случилось и застало меня врасплох.

Раскаленная добела, бушующая, пожирающая все на своем пути, все, на что было затрачено столько времени и сил.

И все из-за нее, да?

Я втрескался во взбалмошную, эгоистичную, отчаявшуюся, больную на всю голову красотку.