Читаем Братство полностью

— Они наведены на вас, — продолжил кап-два. Дёрнитесь — они, их экипажи с удовольствием проверят на вас свои орудия. Это было первое. Доступно? — он не удержался, чтобы не повторить, не подколоть капитана.

— Но, сэр! — новый голос в эфире был полон удивления. — Капитан эсминца Вольный, сэр. В чём нас обвиняют? Мы чисты перед законом, сэр!

— Были бы чисты, — голос офицера на секунду стих и стало слышно, как он что-то набирает на клавиатуре. — Был бы чист, не попал бы в отряд висельников. Так… Ага. Вот — эсминец Вольный, капитан Лоуренс Нурс. Верно?

— Так точно, сэр!

— Контрабанда, разбой, участие в банде пирата Голого Зе. Мало?

— Но, сэр! Это когда было?! Мы давно всё искупили! Сэр!

— Мы так не думаем! Раз вы здесь — значит вы виновны. Точка.

— Но, сэр, мы…

— Виновны! — Дзайко повысил голос, и капитан Нурс замолк. — Продолжим. Второе. Копья будут вас эскортировать до места боя. Специально говорю это вам — вы находитесь под постоянным прицелом, понятно? Попытка ухода с линии курса равнозначна приговору. Предупреждений не будет! Понятно?

Убедившись, что вопросов нет, он продолжил. — Ваши снаряды будут разблокированы по началу боя. Пытаться пострелять… Не советую. Любое шевеление стволов равнозначно попытке побега. Развивать мысль не буду. Сами допрёте своими мозгами, если они у вас ещё не до конца пропиты. Третье. Нет. Четвёртое, третье было только что. Так вот — четвёртое и последнее. — на пару секунд он замолк, переводя дух, а затем продолжил. — Надеюсь, чёрт возьми, я и в правду надеюсь, что вы, так сказать капитаны, заметили состав вашего пополнения.

— Это ещё к чему? — подошедший ко мне Шнек вопросительно посмотрел на меня.

— Погоди, пусть договорит.

— Во все экипажи отряда Вэ, — офицер озвучил литеру нашего отряда с нарочитым отвращением. — Состоят из таких же уголовников, что и вы. В штабе решили, что так вам будет проще найти с ними общий язык. Ну а сдохните — не жалко. Воздух чище станет.

— Нас списали?! — тихим голосом произнёс старпом. — Чёрт, ты был прав — это билет в один конец и под конвоем.

— Я вам это говорю для того, — продолжал свою речь Дзайко и я жестом попросил Шнека замолчать. — Что бы вы поняли — вы. Нам. Не. Нужны. Вы — ничто, грязь. Но! Император, в своей милости, решил дать вам шанс. — он снова замолк, выдерживая паузу. — Шанс кровью смыть свои грехи перед нашей Империей! Отработаете честно и вас отпустят. Судимости, прегрешения с вас никто снимать не будет — попадётесь — уничтожим. Но и специально бегать за вами Империя не будет. Прониклись? Всё. Начинаем движение. Ну а кто не хочет, — он рассмеялся. — Советую самому подорвать реакторы, быстрее будет.

Связь прервалась и тут же, Жбан, совмещавший обязанности и штурмана и старшего пилота, повернулся ко мне:

— Капитан! Сэр, мы получаем данные по прыжкам. Что делать?

— Прыгаем, Жбан. Следуем их указаниям.

— Как прикажете, сэр. — кивнув, он отошёл к пилотам и принялся давать указания по подготовке к прыжку.

— Сэр? — а вот в голосе старпома сильно чувствовалась неуверенность. — У вас же есть план, да?

— Конечно, Шнек, — я постарался изобразить максимально уверенную улыбку. — Расслабься, старпом. Я всё это предвидел и, как ты понимаешь, уже кое-что придумал.

— Да? Точно? И что? Что вы придумали, сэр?!

— Своевременно, Шнек. Я всё сообщу в нужный момент. Пока, на данный момент я могу сказать одно, — я специально повысил голос, так, чтобы меня было хорошо слышно всем находившимся в рубке:

— Наше будущее зависит от вас, старпом, от того как вы, как присутствующие здесь, — я обвёл рубку рукой. — И на корабле, как все будут исполнять мои приказы. Ситуация тяжёлая, но не критичная. Бывало и хуже. Вот меня, например, один раз динозавр сожрал.

— Вы рассказывали, сэр, — прервал он меня.

— Да? Ну ладно, смысл вы поняли. Выход есть, и я ни на секунду не сомневаюсь, что мы, и из этого испытания, выйдем и с честью, и с прибылью!

— Уф… — он вытер испарину со лба. — Спасибо, капитан. Вы меня успокоили.

— Займитесь своими делами, Шнек, — я откинулся на спинку и, с усталым видом, прикрыл глаза.

План… Конечно, у меня не было никаких планов, но Шнек спрашивал меня о них с такой надеждой, что иначе — честно ответить ему, я не мог. На короткий миг, когда он с надеждой смотрел на меня, у меня возникло желание ответить ему фразой из старого детского мультика — мол, «да у меня — целых два плана!», но я сдержался. Врать я умел плохо, а засыпаться в такой ответственный момент было крайне опасно.

Кроме того, я очень надеялся, что сарафанное радио разнесёт по всему кораблю мои слова, сказанные, как я надеялся — с непоколебимой уверенностью, и что весь экипаж пойдёт в бой с надеждой что их босс, то есть я — представляет, что делать.

В общем, следующие пару часов, я провёл в своём кресле, гоняя по экрану различные тактические схемы боевого применения эсминцев, всем своим видом изображая подготовку к бою.

А менее чем через два часа мы прибыли в систему, выбранную штабом флота для проведения операции.