Читаем Божий дар полностью

Таганцев сел (стул, как водится, жалобно заскрипел под ста пятью килограммами здорового тренированного тела).

— Я тут мимо ехал. Дай, думаю, зайду, узнаю, как у вас дела.

— Да все как всегда — сумасшедший дом, выездная сессия, — пожала плечами Лена.

— И у нас полный дурдом, — признался Таганцев. — Я тут, Лен Владимировна, узбека одного от линчевания спас, можно сказать. Его жильцы… того… самосуд, короче, хотели устроить. Одна бабуся сердобольная решила милицию вызвать. Насилу их отогнал, жильцов-то…

Лена живо представила себе двухметрового Таганцева, спасающего узбека от толпы разгневанных москвичей. Интересно, чего москвичи на гостя столицы взъелись?

Таганцев принялся рассказывать.

Что нужно, чтобы устроить в отдельно взятом доме техногенную катастрофу и полный апокалипсис? Оказывается, достаточно одного узбека и одного экскаватора.

В два часа дня в доме номер пять по улице Нижние Каменщики случился конец света в самом что ни на есть прямом смысле слова. Свет вырубился разом во всех квартирах. Без света остались расположенные в цокольном этаже дома продуктовый магазин «Калинка трейдинг» и находящееся по соседству с ним отделение Сбербанка. Когда жильцы дома (а также сотрудники магазина и банка) схватились за телефонные трубки, чтобы звонить в ЖЭК, ДЭЗ, аварийную службу и мэрию, жаловаться и требовать устранить аварию в течение получаса, выяснилось, что телефонные трубки молчат. Вскоре обнаружилось, что, помимо света и телефона, не работает водопровод. Вода из кранов не текла категорически, зато обильно фонтанировала из выкопанной посреди двора траншеи. На краю траншеи стоял экскаватор и, невзирая на бьющую из-под земли воду, продолжал черпать ковшом грунт. В кабине экскаватора обнаружился узбек, категорически не понимавший по-русски и твердивший: «Начальника казала, тута капай».

Узбек, которому «Начальника казала, капай», настроен был решительно и копать собирался, по всей видимости, ровно до того момента, пока начальник свое распоряжение не отменит. Жильцам и сочувствующим им охранникам «Калинки трейдинг» и Сбербанка не оставалось ничего, кроме как выволочь узбека из кабины экскаватора. Дальнейшая судьба незадачливого гостя столицы оптимизма не внушала. Жильцы всерьез собирались узбека бить. И побили бы, если бы не подоспел Таганцев.

— А он что, один там со своим экскаватором был? — спросила Лена.

— В том-то и дело, что один. Ни других рабочих, ни прораба, никого…

— А что он в итоге пораскопал?

— Ремонтники сказали — все. Он там как-то так удачно под дом подкопался, что порасфигачил к бесам и телефонный кабель, и электрический, и водопровод.

— А начальник? Так и не нашелся?

— Да какой там начальник… — Таганцев с досадой махнул лапищей. — Я его спрашиваю: «Кто тебе копать велел?» Он глазами хлопает: «Начальника казала…» Какой начальник, где он есть?! «Тута была…» А сейчас где? Снова глазами хлопает. Так концов и не нашли, кто ему копать велел. Экскаватор приписан к соседней стройке. Они там дом высотный строят, знаете, эта… Точечная застройка… Ну, втыкают, короче, между домами, как этот… — Таганцев замялся и покраснел. — В общем, как шиш в масло…

— А вы на стройку эту сходили? Поговорили с ними?

— Да и сходил, и поговорил. А толку? Все в один голос твердят, что узбека этого впервые видят и никаких распоряжений перерубать кабель ему никто не давал. А экскаватор он, дескать, взял самовольно…

— Понятно, — протянула Лена. — Документы у него хоть есть?

— Документы есть. Регистрации, разрешения на работу — этого нет, конечно.

Еще некоторое время Таганцев, балансируя на чересчур маленьком для такого атлета стуле, травил милицейские байки. Потом заерзал, наморщил лоб и стал спрашивать, не подвезти ли Лену до дому.

— Я, Лен Владимировна, на служебке, до дому вас честь по чести доставлю, в лучшем виде. Только сперва в отделение заскочим, мне там документы отдать надо.

— Я, Константин Сергеевич, устала как собака, — призналась Лена. — А у меня еще дома дел непочатый край. Так что мне надо не в лучшем виде, мне надо по возможности быстро.

— Ну на машине так и так быстрее, чем на метро получится.

— А я уже за рулем. Не говорила? Мне машину сделали, летает, как новенькая.

Услышав это пренеприятнейшее известие, Таганцев заметно сник.

— Ну ладно тогда… Тогда я, что ли, поеду…

Он долго прощался, косился на Лену, видимо рассчитывая, что она все же передумает и согласится шикарно прокатиться с ним на служебном «газике», пыхтел, засовывая ручищи в рукава форменной куртки. В конце концов Таганцев таки ушел.

«Хороший ты парень, Константин Сергеевич, — подумала Лена. — Даже жаль, что я старый солдат и не знаю слов любви».

Она искренне пожелала Таганцеву встретить добрую и милую девушку, которая оценит его по достоинству, сунула в сумку две папки с делами почитать на сон грядущий, заперла кабинет и отправилась домой.

На улице было холодно, Лена поленилась открыть зонтик, и, пока шла двадцать метров до стоянки, за шиворот ей натекло. Машина весело подмигнула фарами, приветствуя хозяйку.

Слева Лене засигналили. Она обернулась.