Читаем Борджиа полностью

Папу и Чезаре интересует не только рост их доходов, их заботит величие собственной семьи. Они надеются, что очень выгодным может оказаться новый брак Лукреции. Но для начала нужно расторгнуть ее брак с Джованни де Пезаро. И этим они занимаются очень активно. Убийство герцога Гандийского пришлось весьма кстати и позволило начать предварительные переговоры с семьей Сфорца: Александр VI принимает кардинала Асканио 21 июня — через пять дней после убийства. Он заявляет ему, что полностью уверен в его невиновности и пользуется этой встречей, чтобы попросить его убедить Джованни Сфорца разорвать брачный союз с Лукрецией.

Джованни не хочет об этом и слышать. Он умоляет о поддержке главу его семьи Людовико Моро. Но тот не хочет ссориться с папой: его поддержка нужна в борьбе против Карла VIII, он боится, что Людовик Орлеанский заберет у него герцогство, если французы снова вторгнутся в Италию. Поэтому под видом помощи графу Пезаро он просит его доказать неправомерность предлога, выдвинутого Ватиканом для расторжения брака, — импотенция супруга и в связи с этим невозможность выполнять супружеский долг. Он предлагает ему встретиться с Лукрецией в Непи, владении кардинала Асканио, и провести с ней ночь под присмотром семейств Борджиа и Сфорца. Уязвленный этим лукавым предложением Джованни отвергает его: он боится оказаться несостоятельным во время публичного испытания, которое из-за его нервозности может плохо для него закончиться. Тогда Людовико Моро предлагает, чтобы доказательство мужской силы было дано с другой женщиной в присутствии, на этот раз, только одного кардинала Джанни Борджиа. И опять Джованни отказывается. Он напоминает, что однажды уже доказал свои способности: все знают, что его первая жена Магдалина де Гонзага умерла при родах. Впрочем, Гонзаги по-прежнему его уважают. Узнав о давлении, которое на него оказывают, они предлагают ему руку принцессы из своего дома, если его неудачный «папский брак» будет расторгнут.

Не надеясь больше на помощь своих миланских родственников, Джованни возвращается в Пезаро. Он не только настойчиво утверждает, что его брак состоялся, но и защищается от нападок Рима, наступая сам: если папа хочет расторгнуть брак своей дочери, это значит, что он желает ее оставить для себя. Еще в Милане в разговоре с Людовико Моро Джованни уже выдвигал это чудовищное обвинение в инцесте. Оно казалось неправдоподобным, если учесть то количество любовниц, которых папа мог иметь в своем распоряжении в любое время. Но, возможно, Джованни не все придумал. Вероятно, когда он был в Риме, его удивили по меньшей мере неуместные проявления нежности, расточаемые понтификом и братьями Лукреции по отношению к молодой женщине. Разгневанный Джованни вспоминает об этом весьма кстати, отвечая оскорблением на оскорбление.

Впрочем, Александр VI не оскорблен подобным обвинением, напротив, он пишет заботливые письма своему беглому зятю. Он предлагает ему достойный способ разорвать узы брака: Джованни только укажет причиной временный физический недостаток, вызванный порчей. Потом он предлагает ему сослаться на то, что брак с Лукрецией был недействителен, потому что она была помолвлена с Гаспаре д’Аверса. Выбившись из сил, Джованни соглашается, чтобы этот довод был представлен на обсуждение членов комиссии по делу о разводе: кардинала Сан-Джорджо, кардинала Паллавичини и аудитора трибунала Роты Фелино Сандео. Но Сан-Джорджо, ревностный сторонник канонического права, заявляет, что предыдущая помолвка не может быть признана законной помехой, так как она была расторгнута. Поэтому единственной действительной причиной развода может быть только неосуществление брака вследствие невыполнения супружеских обязанностей. Папа в ярости — приходится все начинать сначала, а в Неаполе тем временем готовится новый брак Лукреции. Чтобы усмирить Джованни Сфорца, Александр обязуется передать в его полное распоряжение значительное приданое своей дочери. Людовико Моро вынуждает своего племянника подчиниться: если тот не согласится выполнить волю папы, он лишит его своей поддержки. На этот раз Джованни вынужден уступить. 18 ноября 1497 года во дворце Пезаро в присутствии многочисленных свидетелей он подписывает признание о своей супружеской несостоятельности и передает Асканио Сфорца в Рим все необходимые полномочия, чтобы расторгнуть его брак.

Любовная интрига Перотто

Перейти на страницу:

Все книги серии Исторические силуэты

Белые генералы
Белые генералы

 Каждый из них любил Родину и служил ей. И каждый понимал эту любовь и это служение по-своему. При жизни их имена были проклинаемы в Советской России, проводимая ими политика считалась «антинародной»... Белыми генералами вошли они в историю Деникин, Врангель, Краснов, Корнилов, Юденич.Теперь, когда гражданская война считается величайшей трагедией нашего народа, ведущие военные историки страны представили подборку очерков о наиболее известных белых генералах, талантливых военачальниках, способных администраторах, которые в начале XX века пытались повести любимую ими Россию другим путем, боролись с внешней агрессией и внутренней смутой, а когда потерпели поражение, сменили боевое оружие на перо и бумагу.Предлагаемое произведение поможет читателю объективно взглянуть на далекое прошлое нашей Родины, которое не ушло бесследно. Наоборот, многое из современной жизни напоминает нам о тех трагических и героических годах.Книга «Белые генералы» — уникальная и первая попытка объективно показать и осмыслить жизнь и деятельность выдающихся русских боевых офицеров: Деникина, Врангеля, Краснова, Корнилова, Юденича.Судьба большинства из них сложилась трагически, а помыслам не суждено было сбыться.Но авторы зовут нас не к суду истории и ее действующих лиц. Они предлагают нам понять чувства и мысли, поступки своих героев. Это необходимо всем нам, ведь история нередко повторяется.  Предисловие, главы «Краснов», «Деникин», «Врангель» — доктор исторических наук А. В. Венков. Главы «Корнилов», «Юденич» — военный историк и писатель, ведущий научный сотрудник Института военной истории Министерства обороны РФ, профессор Российской академии естественных наук, член правления Русского исторического общества, капитан 1 ранга запаса А. В. Шишов. Художник С. Царев Художественное оформление Г. Нечитайло Корректоры: Н. Пустовоитова, В. Югобашъян

Алексей Васильевич Шишов , Андрей Вадимович Венков

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
100 великих кумиров XX века
100 великих кумиров XX века

Во все времена и у всех народов были свои кумиры, которых обожали тысячи, а порой и миллионы людей. Перед ними преклонялись, стремились быть похожими на них, изучали биографии и жадно ловили все слухи и известия о знаменитостях.Научно-техническая революция XX века серьёзно повлияла на формирование вкусов и предпочтений широкой публики. С увеличением тиражей газет и журналов, появлением кино, радио, телевидения, Интернета любая информация стала доходить до людей гораздо быстрее и в большем объёме; выросли и возможности манипулирования общественным сознанием.Книга о ста великих кумирах XX века — это не только и не столько сборник занимательных биографических новелл. Это прежде всего рассказы о том, как были «сотворены» кумиры новейшего времени, почему их жизнь привлекала пристальное внимание современников. Подбор персоналий для данной книги отражает любопытную тенденцию: кумирами народов всё чаще становятся не монархи, политики и полководцы, а спортсмены, путешественники, люди искусства и шоу-бизнеса, известные модельеры, иногда писатели и учёные.

Игорь Анатольевич Мусский

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии