Читаем Борджиа полностью

Возобновление осады не будет легким. Александр VI пытается помочь своему сыну дипломатическими средствами. Он с осуждением сообщает королю Франции Людовику XII об отношении сеньора Болоньи Джованни Бентивольо, помогающего Франции. Отношения между Римом и французским королем великолепны. В августе и сентябре 1500 года папа передал полномочия легата кардиналу Амбуазскому, чтобы наказать священнослужителей Милана, не признающих французское господство. Теперь Людовик XII рассчитывает начать завоевание Неаполя: более чем когда-либо ему нужен союз с папской властью. Его посол барон де Транс требует от Бентивольо, чтобы город Кастель Болоньезе открыл свои ворота французским солдатам, направленным Чезаре: это триста расчетов копьеносцев и 2000 пеших солдат под командованием Ива д’Алегра. В сентябре 1501 года они прибывают в Романью и вливаются в армию, осаждающую Фаэнцу.

Народные праздники и любовные интриги. Похищение Доротеи Караччоло

Никогда еще Чезаре не был уверен настолько в своей силе и своей удаче. Этому во многом способствовали развлечения, в которых он участвовал, и симпатия народа, которую он ощущал. Власть его не опьяняет, но иногда он подвержен предосудительным излишествам. Так, он вдруг является со своими спутниками в масках в дома почтенных граждан, обливает их грязью и пачкает туалеты их женщин. В летописи сохранилось упоминание о скандале: 14 февраля 1501 года между Порто Чезенатико и Червией была похищена Доротея Караччоло — супруга Джованни Баттиста Караччоло, капитана пехотинцев из Венеции. Все подозрения пали на герцога де Валентинуа, так как покушение произошло на его землях. 24 февраля от имени короля Франции Ив д’Алегр и барон де Транс вместе с венецианским посланником Маненти отправляются к Чезаре и выражают протест в отношении совершенного акта. Чезаре категорически отрицает свою причастность. Но при этом указывает на виновного — испанского капитана Диего Рамиреса, ранее состоявшего у него на службе, а теперь служившего Гвидобальдо Урбинскому: он знает, что Доротея была любовницей Рамиреса, и он сам тщетно пытался разыскать капитана. Но все это звучит неубедительно. Посол Венеции выражает официальный протест в Ватикане. «Этот поступок — злой, ужасный, отвратительный, — отвечает папа. — Я даже не могу вообразить достаточно сурового наказания для того, кто может оскорбить человека таким злодеянием. Если это герцог, то, должно быть, он потерял разум». Король Людовик XII реагирует точно так же: если бы у него было два сына, говорит он венецианскому представителю, и один из них совершил бы подобное преступление, он приговорил бы его к смерти.

Получается, что Валентинуа виновен. Это стало понятно позже, в декабре 1502 года, когда снова появилась Доротея: из Имолы она ехала в Чезену в компании Чезаре. Он прятал молодую женщину в крепости Форли под охраной доверенного человека, некоего Занетто из Мантуи. Она, конечно же, была любовницей Рамиреса, но Чезаре вынудил последнего отдать ее ему, чтобы самому иметь возможность пользоваться ее благосклонностью. Тот долгий срок, в течение которого Доротею удерживали (ее возвратили мужу только в январе 1504 года в Риме, по приказу папы Юлия II), доказывает, что все было сделано не без согласия жертвы. Как бы то ни было, этот эпизод весьма показателен для темпераментного Чезаре: бессовестный обольститель, быстро воспламеняющийся, но в то же время расчетливый, мастерски скрывающий поступки, желая увеличить свою власть и свое господство, поддерживая при этом хорошие отношения с Венецией и Францией, но не желающий из-за этого отказываться ни от наслаждений, ни от удовольствий.

Падение Фаэнцы

А пока, спрятав свою последнюю любовницу, Чезаре возвращается в Фаэнцу со своими основными войсками. В его лагерь прибывает некий Леонардо да Винчи. После взятия в плен Людовико Моро Людовиком XII художник лишился покровителя. Флоренция не предложила ему никакой работы. Поэтому он предлагает свои услуги Чезаре, и тот соглашается. Состоя при дворе герцога, художник осуществит многие инженерные работы: так, он разработает планы Чезенского канала и его выхода в море у Порто Чезенатико. Но в Фаэнца он ограничивается наблюдением за возобновлением осады.