В пустынном ночном Хитроу опять нашли пиво. А утром нашли в автомате 2 шоколадки, как раз на завтрак. Кто-то (я знаю, КТО!) не дает нам отчаяться, посылая хитрые знаки в виде съедобных мелочей, карточек на метро, монеток на асфальте и в таксофонах, алкоголя…. ПРОРВЕМСЯ!!!

И последнее. До нас традиционно докопались копы, и я только что их грузил, рассказывая о том, что мы русские писатели. Данные заметки, лежащие у меня на коленях, выполняли роль вещдоков. Бобби послушно все схавывают, и даже предупреждают нас о том, что здесь ночует много беженцев (т.е. чурок), которые подрезают все подряд, так что надо быть поосторожней. На резонный вопрос, почему они (бобби) ни хрена не делают с этой нечистью, один из кагалов которой, кстати, расположился по соседству с нами, а докапываются до представителей русской интеллигенции, бобби нам не ответили.

Самое главное!!! Нашли вписку!! Завтра (тьфу, тьфу, не сглазить бы) въезжаем в хостел!!!

PS Почему же друзья детства взрослеют? Неужели это им так нравится?

Пятница

Просыпаемся в окружении генетического мусора. Брезгливо разглядываем их и обсуждаем в своем стиле: «Какие омерзительные чурки!!» Один — дебил, голова квадратная, слюни текут, другие, впрочем, не лучше. Кроем их матом. Вдруг подходит пожилой чурка и говорит «Балшоэ спасиб!». Переглядываемся с Брудой — это что, интересно, вызов?

Чурки оказались польскими цыганами, чуть-чуть волокущими по-русски. И этот пожилой чурка просил вместо него позвонить в эмиграционный офис, так как из их кагала никто не знал английский. Звоню. Чтобы уравновесить весы Судьбы хоть каким-то некриминальным добрым делом.

На работу я не еду. Я не могу работать. Я тунеядец. Сп. на меня за это буреет, но сам звонить по вопросу своего нового трудоустройства (по телефону, который дал Тони) не спешит.

Едем в хостел, но сначала заезжаем в Клондайк на Холловей (это где три супермаркета без камер) и обчищаем его, как обычно, нагло и беспардонно.

………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

ВСЕ!!! МЫ ВПИСАЛИСЬ!!! У НАС ЕСТЬ КРЫША НАД ГОЛОВОЙ!!! МЫ БОЛЬШЕ НЕ БОМЖИ!!!!

Хостел находится в Брикстоне — рассаднике негритянской преступности, местном Гарлеме.

Это об этом районе предупреждали нас доброжелатели: «Не суйтесь туда, парни, там белых режут»

Тот факт, что живем мы теперь в самом криминальном районе Лондона вызывает у нас какой-то непонятный душевный подъем. При одной мысли об этом щи наши расплываются в довольных ухмылках. Нам не страшно, нам смешно.

NB/ совсем не по теме. Почему, ну почему Клюв, который обсирался нами на протяжении всех этих записок, нам помог без лишних слов, а Михха, на которого мы так рассчитывали, при первом же шухере оказался таким говном?!! Прости меня, Господи..

Выходя на улицу, слышим раздающийся со всех сторон рэп. Это тоже смешно. Ниггеры, прущиеся под рэп — умильное зрелище. Каждый мнит себя ICE-T, пальцы в золотых перстнях рассекают воздух, большие губы шлепают и разбрызгивают слюну.

Наш хостел похож на пятизвездочный пионерлагерь. В огромной комнате штук десять двухэтажных кроватей, но очень чисто — каждый день пылесосят и два раза в неделю меняют постельное белье. Разделения по половому признаку нет. В комнате на 10 рыл мужиков разных национальностей живет одна мулатка. В противоположном от нас углу живет кучка французов, с одним из них был забавный эпизод. Он подошел на кухне к некоему Васе из Молдовы (здесь есть и такие) и попросил у того ПРОДАТЬ ему за 20 пенсов сигарету. Мы заржали, Поль не понял. Мы ему объяснили, что это дико. Он опять не понял. Зато через двадцать минут поняли мы. Спрашиваем хозяина хостела, как пешком дойти до Челси. Тут вмешивается Поль и говорит, что у него есть карта. Только, говорит, оставьте залог 2 фунта, и берите, пользуйтесь на здоровье. Тут мы заржали так, что Поль нам дал карту бесплатно, хотя и видно было, что он тупикует. Потом, наверное, всю ночь не спал, волновался.

Когда мы рассказали этот эпизод Миххе, он долго смеялся. Он-то почему? Михха появился, когда мы со Смаком пропивали деньги, которые мы ему вернули (какой-то старый долг). Появился в разгар веселья и обломал наши планы насчет остаться заночевать. Спешно ретируемся. Никогда не думал, что мне будет так неприятен старый друг.

Суббота, середина декабря.