Читаем Болельщик полностью

Тед Уильяме не любил бостонских спортивных репортеров и не доверял им. Прозвище, которое он им дал, «рыцари клавиатуры», было и саркастическим, и презрительным И данное ему прозвище, Прекрасная заноза, не исключение, скорее оно в русле традиций. Уже в нашу эру Карла Эверетта отправили из Бостона с прилепившимся на всю жизнь прозвищем Юрский Карл. Менеджер Батч Хобсон (никогда не был моим фаворитом, будьте уверены) превратился в Папашу Батча. Педро Мартинес, гордый и эмоциональный человек и к тому же невероятно талантливый питчер, ощущал такое неуважение со стороны бостонских «рыцарей клавиатуры», что в двух случаях клялся никогда больше не разговаривать с прессой (к счастью для болельщиков, свойственная Педро врожденная общительность заставила его не сдержать данное слово). Десятки бостонских игроков, как в настоящем, так и в прошлом, могут рассказать страшные истории о том, как их третировали бостонские спортивные журналисты, которые теперь служат только двум газетам (если отбросить такие периферийные издания, как «Феникс» и «Дайхард»): «Глоуб» и «Герольд». «Глоуб» — газета более влиятельная и куда более злобная. И самой последней ее жертвой стал Номар Гарсиапарра. К истории этой приложили руку несколько журналистов, возглавляемых Дэном Шонесси. Итог получается следующий: Номар никогда не был командным игроком; Номар не был лидером и в лучшие времена; Номар всегда проводил черту перед своим шкафчиком в раздевалку, не подпуская слишком уж близко представителей прессы; Номар рассказывал всякие истории о разговорах с руководством «Ред Сокс», прежде чем его отправили к «Кабам»; Номар выражал сомнения в том, что сможет отыграть весь регулярный сезон из-за травмы ахиллова сухожилия (последнее должно помочь нам, бедным, пребывающим в неведении болельщикам, понять, как Тео Эпстайн смог расстаться с одним из лучших в бейсболе инфилдеров, обмеряв его на пару середняков, вроде бы умеющих играть в защите).