Читаем Боярин полностью

– Да мне как-то без разницы, разочаруешься ты во мне или нет. Мне казалось, я дал вам понять, что меня ваши идеи не интересуют. Тебе что-нибудь заказать? – поведя столовым ножом над своим стейком, поинтересовался Борис.

– Нет. Благодарю, – останавливая официанта отрицательным жестом, ответил Денис и продолжил: – Но тем не менее ты сейчас собираешь молодняк, который оказался на обочине жизни, и помогаешь им обрести достойную жизнь.

– Перспективный молодняк, Денис, а не всех подряд, – ткнув ножом в его сторону, уточнил Измайлов.

– Лиха беда начало, – пожал плечами Новиков.

– В любом случае ваши убеждения меня интересуют мало.

– Знаю.

– И чем вызвано твое появление? Только не говори, что оказался здесь случайно.

– Не случайно. Земля слухами полнится, что ты собираешь свой отряд боевых кораблей.

– Почему-то меня это не удивляет.

Информированность Новикова для Бориса не стала откровением. Алина ведь указывала на то, что за ним присматривают. А члены экипажа «Разбойника», являвшиеся ядром его будущего отряда, знали о его планах. Так что этой информацией владел и центральный комитет социалистов.

– Ты собираешься сформировать роту морской пехоты, замаскировав ее под невероятно раздутый штат экипажа танкера.

– И? Хочешь предложить себя на должность командира роты? – отправляя в рот кусочек мяса, поинтересовался Борис.

– Кхм. Вообще-то только взводного.

– Комроты, Денис. Только комроты. И только через вассальную присягу.

– Вассал? Офицер Добровольного флота не может быть ничьим вассалом.

– А кто сказал, что я предлагаю тебе офицерские погоны? Ты аттестованный унтер. Или что-то изменилось?

– Причин для сдачи аттестации на офицерское звание пока не было.

– Тогда никаких проблем. Погоны – это всего лишь погоны. Главное – Суть. А с ней у тебя полный порядок.

– Хм. Признаться, в ЦК полагали, что это будет гораздо сложнее.

– Меня не смущают политические воззрения моего вассала, если это не приносит вреда. Заявленная вами программа исключает проблемы с твоей стороны, даже если ты начнешь агитацию. Только не нужно стачек и транспарантов. Если ты соглашаешься на вассалитет, то мы можем прямо сейчас перейти к конкретике.

– Мне нужно посоветоваться со старшими товарищами. Признаться, твое предложение несколько неожиданно.

– Вассалитет ключевых членов команды – это нормальная практика, – пожал плечами Борис.

– Так-то да. Но мы не ожидали, что ты согласишься приблизить меня настолько.

– Скорее всего, кто-то из ваших товарищей уже является моим вассалом. Так чему тут удивляться?

– Да пошло оно все! Я согласен.

– Так не пойдет, Денис. Я не желаю жонглировать вассалитетом, зарабатывая штрафы. Эдак раз, другой, третий, а там дойдет и до условий для открытого противостояния вассала своему сюзерену, без репутационных потерь. В девятнадцать часов я обычно ужинаю в этом ресторане. Если не случится форс-мажора, то и сегодня я буду здесь. Нет, значит, завтракаю и обедаю я тут же.

– Договорились.

Закончив обед, Измайлов вышел из ресторана в фойе, где к нему тут же подошел неизменный Ганин. Для прислуги в гостинице была предусмотрена столовая, находившаяся в другом крыле. Борис предлагал Якову обедать вместе в трактире. Но тот только замахал руками: мол нечего маяться ерундой. Коли уж дворянин, то, будь любезен, соответствуй. А он не переломится. Но за предложение от души высказал спасибо.

– Кто это был? – проводив Новикова внимательным взглядом, поинтересовался Яков.

Рыбак рыбака видит издалека. Сам отличный боец, Ганин без труда опознал такового и в собеседнике Измайлова.

– Вепрь. Помнишь, я тебе рассказывал?

– На память не жалуюсь. И чего ему нужно?

– Если все будет в порядке, это наш будущий командир роты морской пехоты.

– Так ведь он социалист.

– Не из бомбистов, а остальное не важно. Вассальная присяга все расставит по своим местам.

– Тарасыч будет рычать, аки тигра, – неодобрительно покачал головой Яков.

– Не впервой. А терять такого бойца только из-за его убеждений глупо.

– Ладно. Тебе виднее. В гавань?

– Туда.

Выйдя на крыльцо, Борис поднял руку, подзывая такси. На пятачке неподалеку всегда стояла пара-тройка авто. Прежде там крутились извозчики, но с распространением паромобилей места у самых дорогих гостиниц ушли под авто. Просто потому, что их постояльцы предпочитали комфорт, скорость и престиж. Поговаривают, побоище за место под солнцем между извозчиками и таксистами вышло эпическим.

Ганин привычно расположился на переднем сиденье, Измайлов устроился на заднем. Яков велел водителю везти их в Казанскую гавань, где располагалась главная база дружины царя. Работы у Бориса было уже не так много. Основную часть заказа он выполнил, дело оставалось только за нанесением краски.

Вообще-то он полагал, что при минусовых температурах не красят. Но ошибся. То ли это здесь разработали особую краску, которая хорошо ложилась и в мороз, то ли это было возможно и в его мире. Но факт остается фактом. Правда, в подобной поспешности он не видел смысла. Тут ведь и ему приходилось быть на корабле, контролируя процесс нанесения.