Читаем Богачи полностью

Карнеги был человеком исполнительным и решительным, в результате его быстро повысили. Сначала он получил административную должность на фабрике, но вскоре записался на вечерние классы бухгалтерского учета. Это позволило ему навсегда покинуть заводские цеха. Его приняли на работу посыльным на телеграфе. Посыльные работали за комиссию и боролись за право доставлять иногородние сообщения, за которые платили больше. Карнеги организовал систему, при которой они разделяли между собой работу и затем делили прибыль[545]. Потом он получил должность телеграфного оператора на Пенсильванской железной дороге, оказавшись на первой ступени еще одной бурно развивающейся отрасли. Вскоре, получив повышение, он стал региональным инспектором, ответственным за участок дороги, а потом, в 1859 году, инспектором всей дороги. Ему было двадцать три года.

Чтобы иметь доход помимо зарплаты, Карнеги искал возможности для небольших инвестиций, которые приносили бы прибыль. Он уже имел вкус к просчитанному риску. Как главный кормилец в семье (к тому времени его отец уже умер) Эндрю посоветовал матери вложить 600 долларов в десять акций компании Adams Express. Она столь доверяла суждению сына (или так легко поддалась на уговоры), что даже заложила ради этого свой дом. Момент, когда были выплачены первые дивиденды, навсегда врезался в память Карнеги. «Я помню тот первый чек на 10 долларов дивидендов, — вспоминал он после того, как отошел от дел. — Это было что-то новое для всех нас, потому что никто никогда не получал ничего, иначе как тяжким трудом».

Последние слова очень важны для понимания Карнеги и многих других людей, своим трудом добившихся всего и ставших магнатами. Кровь, пот и тяжкий труд — это для людей, которым все еще предстоит добиться чего-то в жизни или которые этого уже никогда не добьются. Ручной труд — для неудачников. Карнеги собирался сделать так, чтобы деньги сами работали на него.

Первую существенную прибыль он получил от фирмы, которая разработала новую концепцию ночлега в поездах дальнего следования. Фирма Woodruff Sleeping Car Company за первые два года принесла ежегодные дивиденды в размере 5 тысяч долларов. Так начался путь Карнеги к богатству: он стал диверсифицировать свой портфель вложений. В 1861 году он вложил деньги, заработанные на Woodruff, в Columbia Oil Company. С июня по октябрь 1863 года он четырежды получил ошеломительные дивиденды — 25–50 % прибыли[546]. К середине 1860-х годовой доход Карнеги, по-прежнему работавшего на Пенсильванской железной дороге и получавшего зарплату 2400 долларов в год, с учетом инвестиций приближался к 50 тысячам долларов[547]. Зачем же тогда он продолжал сидеть на своей должности?

В разгаре была война Севера и Юга. Будучи твердым аболиционистом, Карнеги считал, что институт рабства — пощечина идее равенства людей. Впрочем, будучи привержен этой идее, он не спешил подвергать свою жизнь опасности ради нее, понимая, что работа в такой важной отрасли может спасти его от отправки на фронт. Железные дороги приобрели чрезвычайную важность для перевозки солдат и боеприпасов, а также в плане коммуникаций. Города вроде Питтсбурга и Вашингтона, контролируемые Союзом, были изолированы, и зачастую в них можно было попасть только по железной дороге. В первые месяцы войны кавалерия конфедератов совершила несколько налетов на пути, чем нанесла северянам серьезный ущерб. Карнеги в своей автобиографии рассказывал, как он пострадал (металлическая пружина отскочила и задела лицо), пытаясь защитить важную для Союза дорогу в Вашингтон. Он находился в Питтсбурге, когда солдаты Союза починили пути[548].

К 1864 году армия Линкольна отчаянно искала новых рекрутов, и набор стал более интенсивным. Сначала Карнеги ускользнул от него, так как его шеф написал министру обороны, что его «услуги незаменимы для железной дороги». Но в марте, несмотря на все усилия, выпал его номер. Тогда он воспользовался услугами посредника: распространенная тогда (и легальная) практика, по которой призванный на службу человек мог заплатить кому-то другому, чтобы тот отслужил вместо него. Это вызвался сделать один ирландский эмигрант за приличную сумму в 850 долларов; так Карнеги откупился от ужасов войны[549]. Он освоил искусство, доступное лишь богатым, — платить бедным, чтобы те взяли на себя грязную работу.