Читаем Боевые животные полностью

Прекрасная служебная порода — среднеазиатская овчарка — обладает колоссальным физиологическим потенциалом и уникальными рабочими качествами. К сожалению, ее не часто встретишь на выставках и в служебных питомниках, она малочисленна в Европейской части страны. Немного и судей-экспертов, имеющих значительный опыт оценки собак этой породы.

Для выяснения состояния породы в местах ее активного использования и определения степени необходимости для овцеводства, начиная с весны 1988 года было проведено обследование поголовья овчарок в городах Ташкенте, Чимкенте, Джамбуле и др.

Оказалось, что органы Агропрома и ДОСААФ областей состояния породы не знают, племенной работы и обучения собак для пастушьей службы не проводят, и только в отдельных местах имеются данные по общей их численности, которые совершенно не отражают качество поголовья.

Возникают вопросы: нужны ли, в первую очередь для овцеводства, среднеазиатские овчарки и оправдано ли экономически их использование? Десятки чабанов из разных хозяйств единодушны в оценке роли овчарок — без собак работать им было бы намного труднее; некоторые вообще не представляют, как пасти и охранять отары без их помощи. Многие считают, что три овчарки вполне заменяют одного пастуха.

В отарах эти собаки выполняют несколько функций: во время переходов помогают гнать овец в нужном направлении, не дают им разбредаться, ищут отбившихся, поддерживают порядок на водопое и т. д. Во время остановки отары овчарки располагаются вокруг нее и несут караульную службу, облаивая посторонних людей и хищников, а при необходимости вступают в схватку с волками. На голос одной собираются все собаки, туда же спешат и чабаны. Однако некоторые стаи волков умеют использовать недостаток такого окарауливания: несколько хищников отвлекают на себя сторожей, а остальные нападают на овец с противоположной стороны. Другим способом сторожить отару собак в обследованных нами хозяйствах практически не учат, хотя существуют и методики, и опыт.

Отару в тысячу овец помогают пасти три-четыре среднеазиатских овчарки, причем почти всегда их использование экстенсивно. Охране стада, пастушьим навыкам собак специально не обучают, щенки перенимают у взрослых элементы поведения, и на основе наследуемых реакций происходит формирование необходимого комплекса служебных навыков.

Таким образом, обучение происходит в основном методом подражания, и вполне естественно, что при этом потенциальные возможности каждой собаки выявляются и используются далеко не полностью.

Намного эффективней работа хорошо выдрессированных особей. Именно такие собаки особенно нужны в горных районах, где рельеф местности сильно затрудняет пастьбу и окарауливание отары, а случаи нападения волков бывают каждый сезон.

(Клуб собаководства. Выпуск первый. — М., 1991)


И моряки, и няньки

Старинная и чуть было не исчезнувшая с лица земли порода — португальский «водолаз» (кау-дашуа), один из лучших и самых выносливых в четвероногом мире пловцов и ныряльщиков. Несколько веков назад собак этой породы вывели в крупных портовых городах Португалии, позже они получили распространение в Испании и Нидерландах. Как и все известные морские спасатели ньюфауленды, псы из Португалии между пальцами имеют перепонки, шерсть их практически не намокает. В теплую погоду они могут проплыть без остановки до пяти миль и нырять на глубину до трех с половиной метров. В течение веков собак этой породы рыбаки и матросы считали совершенно незаменимыми для своей работы. Псы загоняли рыбу в сеть и помогали хозяевам вытаскивать ее. Бесстрашно бросались с корабля в воду за любым упавшим предметом. Служили курьерами между судами, а в густой туман стояли на капитанском мостике и лаяли, предупреждая встречные корабли об опасности. По свидетельствам историков, почти на каждом судне «Непобедимой армады», посланной испанцами для захвата Англии, находился португальский «водолаз».

Применение техники в морском деле свело потребность в четвероногих пловцах к минимуму. В начале 60-х годов в Португалии оставалось не более 50 уникальных собак, и, если бы не усилия встревоженных кинологов, порода могла бы навсегда исчезнуть. Сейчас португальские «водолазы» вне опасности. Только в США их насчитывается свыше 600. Внимательные и преданные, они оказались еще и любящими няньками, что резко повысило спрос на этих собак среди семей с двумя и более детьми.

(Клуб собаководства. Выпуск первый. — М., 1991)


Вулли-пастух

Маленькая желтая дворняжка называлась Вулли. Впрочем, желтая дворняжка не должна иметь непременно совершенно желтую шерсть. Дворняжки вовсе не принадлежат к той собачьей породе, на которую природа потратила слишком много желтой краски.

В каждой дворняжке соединены все породы собак, так что она представляет союз собак, но не принадлежит в то же время ни к одной из пород.

Перейти на страницу:

Все книги серии Энциклопедия тайн и сенсаций

Похожие книги

Введение в поведение. История наук о том, что движет животными и как их правильно понимать
Введение в поведение. История наук о том, что движет животными и как их правильно понимать

На протяжении всей своей истории человек учился понимать других живых существ. А коль скоро они не могут поведать о себе на доступном нам языке, остается один ориентир – их поведение. Книга научного журналиста Бориса Жукова – своего рода карта дорог, которыми человечество пыталось прийти к пониманию этого феномена. Следуя исторической канве, автор рассматривает различные теоретические подходы к изучению поведения, сложные взаимоотношения разных научных направлений между собой и со смежными дисциплинами (физиологией, психологией, теорией эволюции и т. д.), связь представлений о поведении с общенаучными и общемировоззренческими установками той или иной эпохи.Развитие науки представлено не как простое накопление знаний, но как «драма идей», сложный и часто парадоксальный процесс, где конечные выводы порой противоречат исходным постулатам, а замечательные открытия становятся почвой для новых заблуждений.

Борис Борисович Жуков

Зоология / Научная литература
История животных
История животных

В книге, название которой заимствовано у Аристотеля, представлен оригинальный анализ фигуры животного в философской традиции. Животность и феномены, к ней приравненные или с ней соприкасающиеся (такие, например, как бедность или безумие), служат в нашей культуре своего рода двойником или негативной моделью, сравнивая себя с которой человек определяет свою природу и сущность. Перед нами опыт не столько даже философской зоологии, сколько философской антропологии, отличающейся от классических антропологических и по умолчанию антропоцентричных учений тем, что обращается не к центру, в который помещает себя человек, уверенный в собственной исключительности, но к периферии и границам человеческого. Вычитывая «звериные» истории из произведений философии (Аристотель, Декарт, Гегель, Симондон, Хайдеггер и др.) и литературы (Ф. Кафка и А. Платонов), автор исследует то, что происходит на этих границах, – превращенные формы и способы становления, возникающие в связи с определенными стратегиями знания и власти.

Аристотель , Оксана Викторовна Тимофеева

Зоология / Философия / Античная литература