Читаем Блондинка. том I полностью

И вот на следующий день, ровно в четыре, Шинн появился с этой своей девушкой, «Мэрилин Монро». Конечно, роскошные формы и, разумеется, платиновая блондинка. И исключительной красоты фигура в поблескивающем белом нейлоновом платье. И еще она так робела, что режиссер с первого же взгляда понял, что говорить этот цыпленок сможет разве что шепотом. Итак, режиссер бросает на «Мэрилин Монро» всего один взгляд, и нутро подсказывает ему, что играть она не умеет, что даже трахаться как следует не умеет. Но вот рот может пригодиться. И вообще такую можно использовать только для украшения, как фигуру на носу яхты или же серебряную статуэтку, венчающую капот «роллс-ройса».

Бледная светящаяся кожа, как у дорогой куклы, кобальтово-синие, полные ужаса глаза. А руки, в которых она держала сценарий, просто ходуном ходят от страха. А голосок такой тихий, что режиссер не услышал почти ничего из того, что она ему говорила. Ну, совсем как какая-нибудь школьница на экзамене. А сказала она, что прочитала сценарий, весь сценарий, что это очень странная и волнующая история, прямо как роман Достоевского, что ты с самого начала симпатизируешь преступникам и не хочешь, чтобы их наказали. Слово «Дос-то-ев-ский» девушка произнесла с одинаковым нажимом на каждый слог. Режиссер рассмеялся и заметил:

— О, так вы читали Дос-то-ев-ского, да, милочка?

И девушка так и залилась краской, поняла, что над ней смеются. А Шинн стоит себе рядом, весь красный, смотрит волком, а на толстых губах блестит слюна.

Нет, она вовсе не показалась мне провинциальной. Была очень хороша собой. Холеная девушка, откуда-нибудь из Пасадены, из верхушки среднего класса, паршивое образование, но кто-то внушил ей, что она может играть. Почти что девушка из католической школы. А смех, что за смех!.. Шинн был влюблен в нее, это несомненно. Бедняга. Не знаю почему, но все это вдруг показалось мне ужасно смешным. Такое впечатление, что она возвышается над ним, словно башня, хотя на деле он был не намного ниже ростом. Позже я узнал, что у нее, оказывается, роман с Чарли Чаплином-младшим! Но тогда, в тот день, они с Шинном походили на влюбленную парочку. Причем типично голливудскую. Красавица и чудовище. Что всегда смешно, если сами вы, конечно, не являетесь этим чудовищем.

И вот режиссер велит блондинке «Мэрилин Монро» начинать. Народу в репетиционном зале собралось немного, человек шесть — восемь, все мужчины. Складные стулья, жалюзи на окнах опущены, защищают от ярких лучей солнца. Никаких ковров на полу, а сам пол усыпан окурками, бумажками и прочим мусором. И вдруг эта девушка, к удивлению собравшихся, спокойненько так ложится себе на пол в поблескивающем белом нейлоновом платье (платье тщательно отглажено, с узкой юбкой, широким поясом и глубоким вырезом «лодочкой», открывающим верхнюю часть ее сливочно-белой груди). И режиссер не успевает даже сообразить, что она вытворяет, и никто из присутствующих не успевает ее остановить. И вот, лежа на полу, на спине, с раскинутыми руками, девушка на полном серьезе начинает объяснять режиссеру, что в первой сцене ее героиня спит на диване. А потому ей тоже пришлось лечь, только не на диван, а на пол, как во время репетиции. Ведь в первый раз, когда вы видите Анджелу, она спит. И это имеет решающее значение. Вы видите ее глазами мужчины, который гораздо старше ее, который доводится ей дядей. Женатый человек, адвокат. Вы видите Анджелу только глазами этого мужчины, и позже, в том же сценарии, вы видите Анджелу уже глазами офицера полиции. Исключительно глазами мужчин.