– Полагаю, сегодня вы застали всех женщин в растрепанных чувствах? Бедняжки всегда сами не свои, когда кто-нибудь срывается.

Наверное, подумала я, с моей стороны очень нехорошо взять и уйти после всего, что Селина мне рассказала; очень нехорошо бросить ее одну, такую испуганную, – и все из-за единственной блестящей капли воска! Но вернуться к ней я не могла. Я просто стояла в нерешительности перед решеткой, а миссис Джелф не сводила с меня своих добрых темных глаз. Да, наконец сказала я, у женщин сегодня и впрямь нервы на взводе, особенно у Доус, Селины Доус…

– Я рада, что за ней присматриваете именно вы, миссис Джелф.

Матрона скромно потупилась и ответила, мол, ей хочется думать, что она одинаково добра ко всем своим подопечным.

– Что же касается до Селины Доус – не беспокойтесь, мисс Прайер: пока она под моей охраной, с ней ничего плохого не случится.

Миссис Джелф вставила ключ в замок. При виде ее крупной руки, такой бледной во мраке, я вновь вспомнила текучий воск и на меня опять накатила дурнота.

Снаружи стояла темень, по улице стлался густой туман. Помощник привратника искал для меня извозчика довольно долго, и когда я наконец забралась в экипаж, мне показалось, будто я втащила с собой сырые клочья тумана, тяжело налипшие на мои юбки. Сейчас туман продолжает подниматься. Он поднялся так высоко, что стал просачиваться сквозь щели в рамах и вытекать из-под штор. Когда Эллис принесла мне ужин, я стояла на коленях у окна и забивала щели скомканной бумагой.

– Что вы там делаете? – спросила она. – Не ровен час, простудитесь или руку повредите.

Я ответила, что боюсь, как бы туман не заполз в мою комнату и не удушил меня.

25 января 1873 г.

Сегодня утром я сказала миссис Бринк, что должна сообщить ей одну вещь.

– Насчет духов? – спросила она, и, когда я ответила «да», она отвела меня в свою комнату, усадила там и сама села рядом, держа меня за руки.

– Нынче ночью меня кое-кто посетил, – доложила я. Услышав это, миссис Бринк переменилась в лице, но я тотчас сообразила, о ком она подумала, и поспешно сказала: – Нет, не она, а другой дух, совсем новый. Мой собственный проводник. Так называемый контактер, встречи с которым ждет каждый медиум. Наконец-то он пришел и показался мне!

– Он! – воскликнула миссис Бринк.

Я покачала головой:

– Вам следует знать, что в сферах нет различия между «он» и «она». Однако этот дух в земной жизни был мужчиной и теперь должен являться мне в прежнем своем обличье. Он намеревается наглядно доказать истинность спиритизма. И хочет сделать это в вашем доме, миссис Бринк!

Я думала, она обрадуется, но ничего подобного. Она отняла руки и отвернулась:

– Ах, мисс Доус, я понимаю, что это означает! Конец нашим с вами сеансам! Я знала, что удерживать вас при себе бесполезно, что рано или поздно вы все равно меня покинете. Но я никогда не думала, что вас у меня отнимет мужчина!

Теперь я поняла, почему она не отпускала меня ни на шаг и показывала только своим знакомым дамам. Я рассмеялась и взяла миссис Бринк за руки:

– Да ничего это не означает! Неужто вы думаете, что моей силы не хватит на всех, включая вас? Неужто Марджери боится, что маменька снова уйдет и больше к ней не вернется? Наоборот, маменьке станет только легче приходить к Марджери, когда мой проводник будет помогать ей в пути, поддерживая под руку! Но если мы не позволим моему проводнику являться ко мне, мои спиритические способности наверняка пострадают. А вот это точно не будет означать ничего хорошего.

Миссис Бринк, вся бледная, взглянула на меня и прошептала:

– Что от меня требуется?

Я рассказала, о чем попросил дух: она должна пригласить 6 или 7 своих подруг на темный круг завтра вечером. Мой кабинет надобно переместить ко второй нише: мне было настойчиво указано, что там магнетическое поле сильнее. Необходимо приготовить кувшин с фосфорным маслом, при свете которого будет виден дух. И за весь день мне дозволяется съесть лишь кусочек белого мяса да выпить глоток красного вина – больше ничего.

– Я знаю, завтра нас ждет великое и удивительное событие, – сказала я.

На самом деле я ни в чем не была уверена и отчаянно боялась. Но миссис Бринк звонком вызвала Рут и слово в слово повторила все мои распоряжения. Рут самолично поехала по знакомым миссис Бринк и по возвращении доложила, что 7 дам обещались быть всенепременно, но миссис Моррис попросила разрешения взять с собой племянниц – 2 юных мисс Адэр, которые сейчас у нее гостят и так же, как все, горят желанием посетить темный круг.

Значит, всего будет 9 человек, что значительно больше, чем я предпочитала собирать на своих сеансах даже в те дни, когда еще не занималась материализацией. Заметив выражение моего лица, миссис Бринк воскликнула:

– Да вы никак оробели?! Это после всего-то, что мне рассказали?

– Чего вам бояться, мисс? – подхватила Рут. – Все будет хорошо, вот увидите.

26 января 1873 г.