Читаем Бледная графиня полностью

– Тсс! К чему называть имена, – торопливо перебила графиня своего друга и сообщника, понизив голос. – Он это или не он – покажет время.

– Тогда ему было лет двадцать пять, прошло около десяти лет – значит, теперь, если бы он был жив, ему могло быть самое большее лет тридцать пять. А доктор Гаген, как я сегодня убедился, вглядевшись в него хорошенько, по крайней мере, лет на десять старше. К тому же у него нет ни осанки, ни аристократических манер, которые поражали всех в том господине, на которого он отдаленно похож лицом. Одним словом, это не он.

– Странное, однако же, сходство, – пробормотала Камилла.

Послышался конский топот. Графиня встрепенулась. Мысли ее сразу потекли по другому руслу.

– Вон кто-то скачет! – воскликнула она. – Не мой ли нарочный?

– Это лакей Макс, – сказал фон Митнахт, выглянув в окно.

– Я посылала его в город узнать приговор.

– Он вошел в замок и сейчас будет здесь.

С этими словами фон Митнахт проворно отошел от окна и стал в почтительном отдалении от графини. С глазу на глаз они были близкими сообщниками, но на людях приходилось выдерживать дистанцию.

В комнату вошел слуга Макс. Он отвесил низкий поклон своей госпоже и почтительно остановился у дверей. Это был еще очень молодой человек со свежим румянцем на гладком юношеском лице. На нем красовалась светло-желтая ливрея с большими пуговицами, украшенными графским гербом.

– Ну, какую весть привезли вы мне из города? – спросила графиня. В ее голосе звучали повелительные нотки, в гордой, величественной осанке проглядывало нечто царственное.

– Лесничий приговорен к смертной казни. Его мать и сестра еще в городе.

– Вы разговаривали с ними?

– Так точно, ваше сиятельство. Старуха совсем не могла говорить, она выглядела словно помешанная, а дочь ее сказала, что они не могут уехать из города, так как мать заявила, что останется там, где ее сын.

– Бедная женщина, – сказала графиня, обращаясь к управляющему, который, стоя в стороне, оставался немым свидетелем этого разговора. – Нужно привезти ее из города, ей ведь там негде даже преклонить голову, бедняжке.

– Она ни за что не хочет ехать, – возразил слуга. – Да, и вот еще что. В городе разнесся слух, который, если только эта новость подтвердится, может вынудить судей пересмотреть приговор.

– Слух? Какой же это слух? – насторожилась графиня.

– Говорят, что ее сиятельство молодая графиня нашлись, – ответил слуга.

Ни один мускул не дрогнул на лице графини. Ни малейшим движением не выдала она волнения, которое, естественно, должно было овладеть ею при таком неожиданном известии.

– Молодая графиня нашлась? – переспросила она тихо.

– Люди так говорят.

– Когда же?

– Прошлой ночью, под утро.

Графиня вопросительно взглянула на фон Митнахта.

– Вы слышали что-нибудь подобное, когда были в городе?

– К сожалению, нет, ваше сиятельство, – с вежливым поклоном отвечал управляющий, слегка пожимая плечами.

– Почему я ничего не знаю об этом, я, ближайшая родственница! – воскликнула графиня. – Разве кто-нибудь еще предпринимал попытку спуститься в овраг? Вы ничего не знаете об этом, господин Митнахт?

– Ничего, ваше сиятельство. Никто никаких попыток больше не предпринимал, мы непременно узнали бы об этом. По этому поводу уже возникали различные слухи, но они ни разу не подтвердились. Думаю, что и на этот раз произойдет то же самое, – ответил графский управляющий.

– И я так думаю, ваше сиятельство, – заметил слуга.

– Я хочу знать, на чем основывается этот слух. Расскажите мне подробнее. Где вы услышали эту историю? Когда?

– Только что, ваше сиятельство, от людей на рынке.

– Что же они говорили?

– Они спорили относительно приговора, и некоторые полагали, что лесничему все же удастся сохранить себе жизнь, потому что молодая графиня найдена и еще жива.

– Еще жива? – недоуменно спросила графиня. – Как это прикажете понимать? Прошло две недели.

– Одни утверждают, что найденная девушка и есть молодая графиня, другие уверены, что она лишь похожа на их сиятельство…

– Где она сейчас? – резко спросила графиня.

– Говорят, что найденную девушку приютил доктор. Тот самый, что недавно поселился в городе.

– Значит, она у доктора Гагена?

– Совершенно верно, ваше сиятельство, именно его мне и называли.

– А каким образом она нашлась?

– Мне самому эта история кажется невероятной, – сказал Макс, – но я передаю только то, что слышал от людей. Рассказывают, будто молодую графиню ночью или под утро нашли лежащей на скамье перед домом доктора. Говорят, она была вся мокрая, с платья ее капала вода, будто ее только что вынули из воды.

При этих словах графиня недоверчиво и разочарованно покачала головой, сделав при этом печальную мину.

– Боюсь, что радость моя по поводу того, что бедная Лили нашлась, оказалась преждевременной. Не могла же она две недели пролежать в морской воде и остаться живой! Увы…

– Это невероятно и напоминает басню, – подтвердил и фон Митнахт, пожимая плечами. – Вся мокрая, на скамейке, в центре города? Быть такого не может!