Читаем Бледная графиня полностью

Старый садовник почтительно возразил, что следователь должен найти все так, как оно было ночью. Эти слова садовника определенно не понравились графине, однако она не решилась настаивать и, глубоко потрясенная всем виденным и слышанным, тихо вернулась в замок и сейчас же удалилась в свои покои, приказав не беспокоить ее ничем.

Около одиннадцати часов утра к замку подъехала карета и остановилась у парадного подъезда.

Графиня подошла к окну и, скрытая за шелковыми занавесками, посмотрела вниз.

Это была та самая карета, в которой фон Митнахт отправился в город. Он проворно выбрался из экипажа и помог выйти двум мужчинам. Первый из них, в черном пальто и высокой черной шляпе, надо полагать, был судебным чиновником из города. Графиня не знала его. При виде же второго она вздрогнула всем телом: это был асессор фон Вильденфельс.

Этот ненавистный ей человек, перед которым, тем не менее, она испытывала невольный страх, тоже принадлежал к судебной комиссии, потому что первый господин обращался с ним чрезвычайно вежливо.

Следом показался еще один человек, со свертком под мышкой, вероятно, секретарь или еще кто-нибудь в таком роде, потому что фон Митнахт не обращал на него никакого внимания и занимался только двумя первыми.

«Бруно явился», – подумала про себя графиня. Этого она никак не ожидала. Появление асессора было ей в высшей степени неприятно. Это можно было заметить по ее словно окаменевшему лицу и прищуренным глазам.

Но эти чувства владели графиней не более минуты. К ней вернулись ее обычные самообладание и решительность. Вошел слуга и доложил о возвращении управляющего и о трех посторонних господах. Графиня приказала пригласить их в зал и сама отправилась туда же, мимоходом осмотрев себя в зеркале.

При появлении графини все четверо вежливо поклонились. Она же приветствовала их с видом утомленным и расстроенным, вполне соответствующим тяжести утраты, понесенной ею.

– Вы, господа, вероятно, судейские? – негромко и с достоинством спросила она.

– Так точно, графиня. Позвольте вам отрекомендоваться, – произнес господин в черном. На нем были золотые очки. – Я – государственный прокурор Шмидт.

Графиня слегка наклонила голову.

– Должность судебного следователя в этом деле исполняет господин асессор фон Вильденфельс, – продолжал прокурор, указывая на Бруно, который выглядел очень расстроенным.

Графиня и молодой асессор обменялись короткими взглядами – они чувствовали и понимали, что каждый из них испытывал к другому.

– Я уже имею удовольствие быть знакомой с господином асессором, – сухо ответила графиня и снова чуть наклонила голову.

– Господин Ленц, судебный секретарь, – закончил прокурор церемонию представления. – Чрезвычайно печальное дело привело нас сюда, графиня. Мы приехали расследовать несчастный случай или преступление, в результате которого вы лишились дочери.

– Ужасное происшествие, которого никто и не предвидел, – отвечала графиня. – Прошу садиться, господа, и выслушать все, что я могу сообщить по этому поводу. Известно мне очень немногое. Дочь, ничего не сказав мне, отправилась вечером на прогулку в сопровождении своей молочной сестры. Несчастья не случилось бы, если бы господин асессор предпочел разговаривать с Лили в замке.

– Я слышу упрек в ваших словах, графиня, – серьезно сказал Бруно, – но вы ведь знаете, из-за чего я прекратил свои посещения.

– То, что произошло, господин асессор, не имело отношения к Лили. Как же я могла быть против ваших посещений?

– Это никак не касается дела, графиня, – твердо сказал Бруно. – Я совершенно убежден, что преступление, не свершись оно этой ночью, было бы только отложено.

– Вы тоже считаете, что совершено преступление? – спросила графиня, обращаясь к прокурору.

– Это ясно вытекает из всего сказанного, – отвечал прокурор.

– Какой ужас!.. – прошептала графиня, и в голосе ее слышалось глубокое потрясение. – Не догадываетесь ли вы, что могло послужить поводом к преступлению? Не подозреваете ли кого-нибудь? – обратилась она после некоторой паузы к присутствующим.

– Пока еще нельзя сказать ничего определенного, графиня. Наша обязанность – произвести предварительное расследование и выяснить главные обстоятельства дела. По совету господина асессора, – продолжал прокурор, указывая на Бруно, – мы прежде всего послали отыскать в деревне двух-трех смельчаков, которые согласились бы обследовать пропасть. Может быть, молодая графиня еще жива.

При этих словах графиня Камилла сделала большое усилие, чтобы не выдать своего волнения.

– Может быть, нам посчастливится спасти вашу дочь, – продолжал прокурор. – В таком случае мы все узнаем от нее самой. Ну, а пока ищут смельчаков, мы сочли необходимым отправиться сюда, в замок, чтобы объявить вам как помещице и владелице Варбурга, что мы являемся представителями закона и с этой минуты приступаем к расследованию. В связи с этим покорнейше просим вас сообщить все известные вам сведения, чтобы мы могли внести их в протокол.

Секретарь приказал слуге подать чернильницу и перо, затем развернул свои бумаги и разложил их на столе.