Читаем Битвы цивилизаций полностью

Иной характер имели греко-персидские войны. Если Пелопоннесские войны были фактически войнами гражданскими, т. е. войнами между соотечественниками, людьми одной крови и языка, то война с персами для греков была войной освободительной, войной за независимость. Живший в V в. до н. э. «отец истории» Геродот Галикарнасский был мальчиком, когда Персидская держава начала войну против греческих городов. Неудивительно, что, родившись в малоазиатском городе, он хорошо знал то, о чем писал. Центральным пунктом его «Истории» стали войны и порождающие их причины, история взаимоотношений Азии и Эллады, начиная с мифических времен до греко-персидских войн. Во введении он пишет: «Геродот из Галикарнаса собрал и записал эти сведения, чтобы прошедшие события с течением времени не пришли в забвение и великие и удивления достойные деяния как эллинов, так и варваров не остались в безвестности, в особенности же то, почему они вели войны друг с другом». Характерно, что и тут при объяснении причин вражды между персами и греками, или Востоком и Западом, называются причины, связанные прежде всего с торговлей, торговыми интересами, а в более широком смысле – и с геополитическими интересами, при которых вторжение в Азию любой неазиатской державы рассматривается как агрессия: «Ведь персы считают Азию и живущие там варварские племена своими, Европа же и Эллада для них – чужая страна». Но и греки проводили интенсивную колонизацию Азии и Причерноморья. И когда ионийские греки восстали против персов, а Эретрия и Афины пришли им на помощь, прислав 25 кораблей, царь персов Дарий счел это открытым вызовом своему господству в этом регионе.

Армия персов

В грандиозной битве цивилизаций интересы сторон – Греции и Персии – поддерживали как западные, так и восточные народы. И все же даже в этой борьбе двух цивилизаций у каждого полиса был собственный интерес. Например, Геродот, восхваляя Афины, Перикла, называя их спасителями Эллады, руководствуется своими собственными интересами, поскольку сам подолгу жил в Афинах и даже входил в кружок выдающихся деятелей культуры и науки, который группировался вокруг Перикла.

С другой стороны, известно, что некоторые греческие государства выступили на стороне персов. Понимание их мотивов объясняется тем, что у многих из них были более тесные экономические и деловые связи с Азией, чем с Европой. Хотя в культурно-языковом отношении они были ближе к Греции, их экономические интересы все же лежали в Азии. Кроме того, города Малой Азии, передовые в торгово-промышленном отношении, были зачастую более заинтересованы в огромном рынке Персидской империи, чем в крошечных рынках греческих полисов, к тому же еще и враждовавших и конкурирующих друг с другом. Рынок и тогда играл более значимую роль в системе международных отношений, нежели это нам представляется ныне. Традиционные установки аристократии греков вызывали протест и противодействие со стороны новых общественных групп (ремесленников, торговцев, моряков и т. д.). Имея возможность сопоставить культуры

Малая Азия

и ценности обоих миров, греки Малой Азии, к их удивлению, увидели, что во многом законы и порядки персов, лидян, вавилонян и др. более отвечают их потребностям и взглядам. Примером великолепных архитектурных достижений стал храм Артемиды Эфесской, о красоте которого ходили легенды. Поэт писал:

С. Лурье пишет: «Обычаи восточных народов, стоявших в это время еще на значительно более высоком культурном уровне, чем греки, при более близком ознакомлении с ними оказались совсем не похожими на греческие: то, что у греков было величайшим грехом, предписывалось законом у этих народов и наоборот. Но что еще важнее: выступивший на сцену торгово-ремесленный класс был заинтересован в том, чтобы подорвать авторитет аристократии, выступавшей хранительницей и религиозных установлений, и «отцовских» законов. Для потребностей общества было необходимо не только освоить те начатки науки, на которых основывалась восточная техника, но и попытаться развивать их дальше, не считаясь с традицией, религиозными предубеждениями. Возникает молодая ионийская наука (прежде всего в Милете), насквозь рационалистическая, пытающаяся из немногих начал вывести все разнообразие явлений природы».

Храм Артемиды Эфесской