Одним из наиболее эффективных инструментов создания сей единой ойкумены станет и римское право. Если римские легионы до последних дней существования Империи везде и всюду сталкивались с яростным вооруженным сопротивлением и в конце концов пали на поле боя, то римское право лишь укрепляло свои позиции, демонстрируя победоносную поступь в Западном и Восточном Средиземноморье… И даже христианство взяло на вооружение институты римского права. Не только потому, что оно содействовало успеху христианства, но прежде всего потому, что в нем были заключены некие вечные идеи всеобщей справедливости и универсализма. Мудрость Рима и римских юристов состояла в том, что они внимательнейшим образом изучали культуру и юридический опыт всех древних народов и привлекали драгоценные кирпичики местных законов для создания единой системы римского частного права. Римляне осуществляли умелую социальную политику в пределах Империи. Известно, что на позднем этапе они давали гражданство почти всем жителям необъятной Римской империи, вне зависимости от этнического и религиозного статусов. Древние авторы удивлялись тому обстоятельству, что они даже рабам предоставляли гражданство, в результате чего те и вставали на защиту нового отечества. Хотя тут же вспоминается римская пословица: «Sero sapient Trojani» (лат. – «Троянцы слишком поздно стали умны»).

ЗНАЧЕНИЕ РИМА КАК ФАКТОРА ЦИВИЛИЗАЦИИ

Империи, как люди: если умнеют, то ближе к закату. Когда Рим столкнулся с угрозой исчезновения, когда над головой Империи засверкали мечи варваров, он стал делать уступки народам, пошел навстречу желаниям своих граждан. Казалось, римская мудрость гласит: Videas, quid agas! (Лат. «Думай о том, что делаешь!») Но думали они зачастую уже после того, как делали – так поступал Рим с побежденными этрусками и италиками, так было с греками и испанцами, с галлами и германцами и т. п. Именно после того, как судьба, воля императора или другие обстоятельства забрасывали римлян в этот мир, они проникались неким сочувствием к «варварским народам». К примеру, поэт Овидий, которого император Август за проступок (суть которого неясна до сих пор) удалил из Рима, пребывая в Томи, районе румынской Констанцы, стал вдруг вспоминать в стихах горькую участь бедняков, рабов, землекопов, о которых он и не думал в Риме:

В поздние времена римляне уже не удивлялись, если их императором становился испанец, сириец, германец или галл. Говоря о вкладе римлян в историю, обратим внимание не столько на искусство учета интересов народов, входивших в сферу их влияния, сколь на их умение конвертировать достоинства других в пользу Империи. Римляне умело впитывали и брали все объективно для них полезное. Вся римская культура – это глубокий и органичный синтез элементов культур самых разных средиземноморских народов. Так, позднеримский автор Симмах, рассуждая о римской культуре, пишет: «Оружие мы заимствовали у самнитов, знаки отличия – у этрусков, а законы – из обители Ликурга и Солона». Порой говорят об эклектизме римлян, их малом вкладе в античную средиземноморскую цивилизацию, но такая оценка не совсем справедлива. Римляне умело впитывали достижения чужих культур, и это не было признаком слабости, а, скорее, наоборот – признаком силы.