Читаем Битва за Тарг полностью

И в своем естественном обличье они удивительно походили на людей! Понятно, почему Кузину и компании нетрудно было мимикрировать. Плоский короткий нос с глубокой впадиной переносицы, небольшой, почти безгубый рот, сильно выступающий подбородок, высокий лоб, над ним — жесткая короткая шевелюра. Существенно отличались уши: маленькие, сильно прижатые, какие-то угловатые — у людей таких не бывает. Иной формы были и широко посаженные красноватые глаза. Опушенные густыми ресницами верхние и нижние веки являли полную симметрию. Брови отсутствовали напрочь…

В его взгляде читалась предсмертная мука. Что-то не устраивало пришельца в нашем воздухе, он задыхался. Через секунду-другую началась агония…

В моей душе невольно шевельнулась жалость, но горевать по поводу его безвременной кончины не приходилось. В сознание в полной мере проник масштаб угрозы.

«Инопланетяне на борту! Захватили центральный пост — ведь именно оттуда явились ко мне! Все вопросы потом. Размышлять и строить догадки некогда. Главное — объявить на корабле тревогу!»

Я бросился было к экрану внутренней связи, но оказалось, что он разбит во время перестрелки. Выругавшись, побежал к двери.

В коридоре спокойно разгуливал часовой. При моем появлении он замер, удивленно разглядывая черный комбинезон лейтенанта охранников. В лицо, понятно, меня не знал. Ему в лучшем случае сообщили, что в апартаментах командира эскадры отдыхает генерал. И вот такое явление!

— Стой! — вскинул он ружье. — Кто идет?

Не испытывая судьбу, я остановился: солдат нес службу и вполне мог пальнуть. С часовыми не шутят.

— Генерал Ник, — ответил я. — Ты можешь связаться с капитаном корабля?

— Зачем? — спросил он, не опуская оружия.

Понятное дело: незнакомец говорит, что генерал, а спрашивает какую-то глупость. Неужто в каюте нет экрана связи? Вот сам и вызывал бы, если надо. Подозрительно…

Прекрасно понимая ход его мыслей и проклиная вынужденную задержку, я решил не пускаться в объяснения. Кроме того, он вряд ли имел возможность прямо обращаться к столь высокому в его понимании начальству.

Я потребовал:

— Зови начальника, да поживей!

Здесь упрашивать не пришлось. Не спуская с меня глаз, солдат что-то негромко произнес в прикрепленный к плечу передатчик.

Надо отдать должное, ждать пришлось недолго. Из бокового прохода выскочил сержант в сопровождении двух людей.

— Что у тебя? — спросил он часового.

— Задержал, вот… — кивнул тот в мою сторону. Но караульный начальник уже сам заметил меня.

Присмотрелся, выступил вперед и козырнул:

— Извините, господин генерал. Солдат лично вас не знает…

— Никаких претензий. Достаточно, что тебе продемонстрировали мою физиономию, — успокоил я и, не желая тратить время на разговоры, приказал: — Иди за мной.

Стоило нам переступить порог каюты, как ему сразу все стало ясно.

— Не наши, — в замешательстве промолвил он и, окинув взглядом следы побоища, уважительно взглянул на меня.

— Совсем не наши, — подтвердил я. — Объявляй по кораблю тревогу «На борту противник».

— Это может сделать только старший дежурный в центральном посту. Сейчас доложу.

— Бесполезно. Они, — я указал на убитых пришельцев, — уже там!

— Как?!

— Вот так! Капитана корабля вызвать можешь?

— Нет… — растерянно покачал он головой. — Мой переговорник не приспособлен, настроен на фиксированные частоты. И не положено нам…

— Идиотские порядки! — не выдержав, взорвался я. Однако орать было бессмысленно. Подавив приступ бессильного бешенства, спросил: — Ну хоть с кем-нибудь связаться можешь? Кому, кроме старшего дежурного по кораблю, обязан докладывать о чрезвычайных происшествиях? Не бывает так, чтоб одному…

Вне всякого сомнения, этот сержант был туповат. Да еще с замедленными умственными реакциями. А уж в присутствии генерала, похоже, робел, совсем не желал соображать. Полагал, обязан лишь выполнять приказания. Я бы такому не то что командовать караульной сменой — стакан воды не доверил стеречь.

И точно. Только моя подсказка заставила его опомниться.

— Командиру отдельной роты охраны, своему лейтенанту, — выдохнул он.

— Так что стоишь?! Действуй! Ты куда?!

Последнее я выкрикнул, когда сержант выскочил из каюты и побежал по коридору. Ничего не оставалось, как кинуться следом. На бегу он пояснил:

— Лейтенант спит. Сигналами переговорника не добудишься. Надежнее по-простому…

Гулкое эхо разносило топот ног по пустынному коридору. Проклиная все и вся — бестолково уходило бесценное время, — я спешил за сержантом, попутно расспрашивая:

— Что за отдельная рота у вас? Охраняет весь корабль?

— Нет. Только командный пункт и службы управления эскадры.

— Сколько вас?

— С лейтенантом девяносто четыре…

— Получается, бригадир Мин жил рядом с командным пунктом?

— Соседняя дверь…

— И другие офицеры тоже?

— Нет, здесь он один.

По пути попалось несколько часовых — у лестницы на соседние уровни и у лифтов. Они издали окликали нас, но, услышав в ответ пароль, пропускали, с любопытством провожая глазами нашу пару.

— Уже близко! — порадовал меня провожатый и вдруг застыл. Склонился к переговорнику.