Читаем Битва за Россию полностью

И когда я показываю, что корни «еврейского вопроса» в России уходят в IX—X века, меня просто не хотят слушать. Между тем уже тогда, в Киевской Руси, проявилась сущность этого конфликта. Это был не расовый и не этнический конфликт, а конфликт между простодушными, очень любящими добро русскими людьми и теми, кто пытался сделать их объектом своей эксплуатации. Никто из историков не станет отрицать, что евреями практиковалась массовая торговля рабами-славянами. Она приобрела такие масштабы, что в языках самых больших городов мира того времени (английском, французском и немецком) слово «славяне» стали синонимом слова «раб».

Приезжая на Русь, еврейские купцы занимались беззастенчивым обманом, старались как можно больше нажиться на русских людях. И в результате именно этого с ними возникали многочисленные столкновения, которые проходят через всю русскую историю. Если в XI веке эти столкновения сопровождал ростовщический, эксплуататорский дух, то в XV— XVI века — это корчмарство. Ради получения прибыли иноземцы-иудеи безбожно спаивали русских людей, уплачивая феодалам за это определенную мзду...

Но не будем ворошить прошлое. Скажем лишь, что «еврейский вопрос» обостряется, как правило, тогда, когда представителям этой нации приходит время отвечать за преступления. Так было в 1920-х годах. Сводки НКВД пестрят сообщениями о том, что рабочие громко и резко бранят советское правительство, называют его жидовским, обвиняют в том, что оно во всех смыслах надуло их, довело до бедственного состояния. Как признавался один еврейский коммерсант, посетивший Москву в начале 1929 года: «Первое, что бросается в глаза, это исступленный всепроникающий антисемитизм». В это время обостренное внимание к национальному, и, прежде всего, еврейскому, вопросу наблюдается и среди интеллигенции. В тайных кружках читаются доклады и книги о масонстве, разбирается Талмуд, изучается учение о мессианизме. Сионские протоколы пользуются гораздо большей популярностью, чем раньше пользовался среди молодежи «Капитал» Маркса...

—  Олег Анатольевич, но это все дела давно минувших дней. При чем тут современные евреи, которые громче всех осуждают революцию, называют себя заступниками русского народа?

—  Но я ни разу не слышал, чтобы эти «заступники» осуждали проделки Чубайса или Гусинского, Березовского, других олигархов, которые сегодня владеют миллиардами долларов. За счет различных махинаций и афер этим людям удалось прибрать к рукам значительную часть общенародного достояния. И надо ли удивляться, что русские люди видят в них безжалостных эксплуататоров, желающих только ограбить их, а вовсе не думающих о благе народа, о национальных интересах России.

Поймите меня правильно, я не выступаю против евреев как нации, но не могу смириться с теми из них, которые тайно или явно стремятся узаконить дух человеконенавистничества, стремления возвыситься над другими народами и диктовать им свою волю.

И не моя вина в том, что в уходящем веке особое значение для нас, русских, имели «национальные пружины». Ведь весь ХХ век, свидетельствуют исторические документы, не еврейский, а русский народ пытались стереть с лица Земли. Было это и в семнадцатом, и в сорок первом, а затем в мирное советское время, когда космополиты хотели уничтожить даже само словосочетание «русский народ». В этой борьбе, как явствует из исторических документов, особую роль играли носители иудейского менталитета. А между этим менталитетом и психологией, общественным сознанием русского народа — огромная пропасть.

Еврея не убедишь, что русский человек не стремится к стяжательству, что он может совершать добро немотивированно, не ожидая от этого никакой корысти. Для многих евреев это покажется дикостью. Суть еврея, как в свое время говорил внук раввина Карл Маркс, в стяжательстве, в стремлении к наживе, причем любыми средствами.

—  Олег Анатольевич, но ведь сегодня немало евреев, которые посещают православные храмы, называют себя русскими. Они делят со всеми россиянами лишения и горести, проклинают демократов и не собираются переселяться на землю обетованную. Почему они должны страдать за своих нерадивых собратьев?

— Я думаю, безусловно, существуют евреи, которые, как им кажется, с любовью относятся к России. Но будем объективны, если для нас Россия — это Родина, определенная шкала духовно-нравственных ценностей, передаваемых из поколения в поколение, из века в век, то еврей понимает ее иначе. Он смотрит на Россию как на то место, где ему должно быть хорошо, причем в данном случае интересы коренного народа для него значения не имеют.