Читаем Битва во мгле полностью

Пропарывая в облаках Эктегуса гигантский воздушный колодец, черная каракатица шла на посадку. Марк Грабовский стоял у окна и задумчиво созерцал ее спуск. От вида этого звездолета он испытывал сентиментальные, почти ностальгические чувства. Всего месяц назад «Трокстер» унес его с родной Земли, навсегда расколов жизнь на «до» и «после». Может, поэтому в восприятии лейтенанта корабль нэйджалов запечатлелся чем-то вроде огромного хищного орла, увлекшего скитальца Гулливера в смертельно опасное путешествие. Разница заключалась лишь в том, что Гулливер после своего полета вернулся в мир людей, а Марк, наоборот, оказался в царстве монстров.

Лейтенант перевел взгляд на двух фалийских пилотов, которые сидели за одним столом с одноглазым труем и увлеченно перебрасывали цветные фишки.

— Уж не грустите ли вы, лейтенант? — услышал Грабовский вежливый, но вместе с тем до чертиков надоевший голос. — Мы с доктором Дэей считали, что эта уютная кают-компания поможет членам экспедиции снять усталость и стресс.

— Все в порядке, дорогой профессор. — Марк постарался поглубже спрятать свою меланхолию. — Просто для землян некоторые вещи сами собой навевают раздумья. Приход и уход кораблей, шум прибоя, полет птиц — это не только реальные события. В сознании людей это еще и аллегории, несущие в себе мысли о добром и вечном, о прошлом и будущем, о добре и зле.

Торн понимающе кивнул. Следуя примеру Марка, профессор уставился в окно. Они молчали до тех пор, пока огромные опоры «Трокстера» не коснулись поверхности планеты.

— Ну как, что-нибудь возвышенное пришло в голову? — поинтересовался Грабовский. — Н-да… — протяжно произнес Торн. — Я только сейчас до конца осознал, что наши хранилища недостаточно велики для того, чтобы принять весь груз с «Трокстера». Придется задействовать часть жилых помещений.

— Для первого раза потянет, — рассмеялся Марк. — Пойдемте что-нибудь выпьем, и вы расскажете о последних новостях. Ведь из-за постоянной штурмовщины мы не виделись почти неделю.

— У меня не так много свободного времени, — вздохнул Торн, — а кроме того, вы же знаете, что ничего горячительного я не пью.

— А как насчет натурального апельсинового сока со льдом? — Марк знал слабое место профессора. — Согласно моим агентурным данным, несколько бутылок этого восхитительного напитка еще дожили до сегодняшнего дня. — Лейтенант с удовольствием заметил, как профессор проглотил слюну.

— Я сомневаюсь, что это правда. Более десяти дней я не могу получить ни одной порции этого божественного дара Земли. Однако, — в глазах Торна блеснула надежда, — почему не дать передохнуть ногам в компании хорошего знакомого.

— Идемте, — Грабовский взял инициативу в свои руки, — вон там очень удобный столик. То, что Марк назвал столиком, в действительности являлось использованным контейнером из-под ракетного топлива. После некоторого дизайнерского вмешательства двойной бронированный корпус дополнила элегантная пластиковая поверхность, вполне пригодная для размещения стаканов.

Добравшись до заветного пристанища, Марк развалился на одном из жестких стульев и жестом пригласил Торна сделать то же самое. Сиденье, прямо сказать,не вызывало ощущения комфорта. Спинка поддерживала скорее голову, чем позвоночник, а сдавленная со всех сторон задница то и дело норовила юркнуть в широкое отверстие для хвоста. Но, памятуя золотое правило «лучше плохо сидеть, чем хорошо стоять», собеседники ни словом не обмолвились о комфортабельности фалийской мебели.

— Официант! — подняв над головой руку, Марк щелкнул пальцами.

— Что вы делаете? — изумился Торн. — Ведь на столе имеется панель вызова.

— Старая привычка. На Земле именно этот жест говорит об особом статусе клиента.

— А-а-а…

Не успел профессор опомниться, как к ним подковылял К-8 — поношенный коммунальный робот, который после легкого промывания мозгов и установки речевых сенсоров получил новую блатную работенку в сфере общественного питания.

— Чего изволите, господин лейтенант? — услужливо пропищала машина.

— Стакан апельсинового сока с мякотью и льдом для уважаемого профессора, а мне какую-нибудь пенную гадость из числа тех, что стряпает твой компаньон, — Грабовский указал на КТ-4, взбивавшего коктейль за стойкой бара. — Да, и принеси немного фруктов.

— Извините, господин лейтенант, но апельсиновый сок закончился, — К-8 был сама любезность. — Я могу предложить вам нектар ваку, плоды бадо, напиток из монераны…

В то время как робот перечислял бесчисленные инопланетные деликатесы, Марк покосился на Торна. Поймав взгляд землянина, социолог пожал плечами, всем своим видом говоря: «Ну, нет так нет».

— Погоди. — Разведчик с видом змея-искусителя подмигнул ученому и запустил руку в карман.

К-8 замер, внимательно наблюдая за землянином своим единственным глазом-объективом. Очень медленно Марк извлек руку и, открыв ладонь, показал роботу серебристую искрящуюся жемчужину.

— Хочешь?

При виде шарика машина издала звонкий восхищенный визг и быстро-быстро затопталась на месте.

— Дозу в обмен на апельсиновый сок! Согласен?