— Мне понятен ваш гнев. — Нагира осторожно поднял глаза на лейтенанта. — Но мой рассказ — это не плод воображения, это реальный факт, подтверждением которого являюсь я сам.

Николай понимал, что это правда. Но поверить в существование безобидного морунга было так же немыслимо, как в сказочного джинна. Образ врага невыводимым клеймом отпечатался в мозгу Строгова.

— Хорошо… — Николай ухватился за комбинезон Грабовского и заставил его снова сесть. — Допустим, что этот морунг — ваш друг, что он хороший и добрый, ну а все остальные? У вас есть объяснение всей той резне, которая произошла на Агаве?

— И не только на Агаве, — сурово напомнил Марк. — Морунги уничтожили еще восемь миров.

Под тяжестью убийственных аргументов Нагира согнулся как под грузом непосильной ноши.

— Все годы, проведенные здесь, я бился над этой загадкой. Я исследовал излучение, я пытался говорить со звездой, я строил теорию за теорией, но, увы, все тщетно. Ясно только одно: в самом начале, когда мы только открыли Лабиринт, морунги были безобидны и, возможно, даже искали контакт с нами. Однако потом что-то случилось. В недрах Лабиринта произошел некий катаклизм, который как будто изменил полюсность морунгов. Их что-то программирует на убийство. Да-да, программирует! Неорганическая жизнь, она ведь очень похожа на машины, вернее, она и является последней, самой высокой ступенью в эволюции машин. Мыслящие, чувствующие машины — это была наша мечта, мы к этому стремились и грезили в самых сладких снах.

— Где-то я это уже слышал. В памяти Николая всплыли слова Сержа Риньона. Профессиональный контрразведчик со своей шпионской колокольни тоже оценивал морунгов. Он сравнивал их с людьми. Силился представить, могут ли эти кремниевые создания ассимилироваться в нашем мире и стать серыми кардиналами, использующими Землю в своих страшных планах. У Сержа, как и у Нагиры, ничего не вышло. Морунги категорически не вписывались в образ скрытых врагов. Психология у них, видите ли, не та! Строгов частенько думал об этом. Психология, может, и не та, но поступают они совсем по-нашенски: бомбардировки, диверсии, скрытые агенты… Выглядит все так, как будто морунги прослушали спецкурс по военным переворотам в какой-нибудь академии ЦРУ. Интересно, что скажет по этому поводу Нагира. Николаю очень захотелось услышать мнение специалиста с многолетним стажем, но зародившуюся идею сорвал раздраженный голос Грабовского:

— Позвольте вырвать вас из царства грез и задать один очень неудобный вопрос? — Марк явно не пылал любовью к жителям Лабиринта. — Кто убил фиолов?

— Фиолов? — Нагира не ожидал такого поворота.

— Да, фиолов. — Грабовский испытывающе уставился на инженера. — Если морунги раньше были безобиднее мухи, кто же тогда разделался с древними жителями Агавы? Я видел кадры хроники. Подземный храм весь завален их мумиями!

— Я не думал над этой темой. — Харририанин спрятал глаза. — Я тоже видел эту хронику, но отнесся к ней как к чисто эволюционному процессу. Одни цивилизации умирают, другие приходят им на смену. Это вполне естественно и закономерно.

— Но не тогда, когда жизнь и смерть связаны с одной точкой на планете. Ваш Лабиринт Жизни — проклятие для всей Вселенной! Если мы выберемся отсюда, я приложу все силы для его уничтожения.

— Вы жестоко ошибаетесь! — в ужасе вскричал Нагира. — Лабиринт — это жизнь! И фиолы понимали это. Именно они воздвигли храм у врат Лабиринта. Они обожествляли и почитали его…

— Перепалка Грабовского и инженера могла зайти далеко, если бы Николай вдруг не вспомнил о цели их прихода.

— Я думаю, наш спор перешел в чисто академическое русло, — спокойным ровным тоном Строгов охладил разыгравшиеся страсти. — Ни у кого из нас нет достаточных доказательств для обоснования своей правоты. Поэтому вернемся к самому первому вопросу.

— Какому? — хором переспросили Марк и Нагира.

— Нам нужен навигационный слит! — рявкнул Строгов, раздраженно глядя на своих собес- едников.

— Ах да, слит, — задумчиво повторил харририанин.

— Именно слит. Вы нам его дадите?

По виду Нагиры Строгов с досадой предугадал ответ.

— К сожалению, у меня нет навигационного слита. — Инженер горько вздохнул. — Все, что мне удалось найти в Железном море, это десяток архиваторов и несколько домашних аналитических машин.

— Понятно… — Марк устало махнул рукой. — Этот день мы убили зря! Ну что ж, будем прыгать в подпространство с закрытыми глазами. Авось повезет.

— У меня нет слита, — повторил Нагира уже более решительным тоном, — но это не значит, что я не могу вам помочь.

Друзья без слов уставились на инженера.

— Я полечу с вами. Лабиринт изменил не только мою внешность, но и мои ощущения мира. Я читаю мысли и вижу то, что недоступно другим. Мне кажется, я смогу предупредить вас об опасности.

Глава 20